— Я не знала, выживет ли паршивка или нет, но меня устраивал любой расклад! Если померла бы, то твоя мамаша дулю получит! Потому что все должно быть моим! А если бы выжила, стала калекой, то был бы мой дочери урок! Думаешь, мне легко смотреть на ее счастливую рожу!
— За что ты ненавидишь свою дочь? — ни один мускул не дрогнул на лице Ромы.
— Непохожа она на меня. Ей все легко достается. О матери не думает, а ее рожа… она же копия Аркадия, постоянное живое напоминание. Да, вы ее используете, но и тут она в шоколаде.
У нее все слишком хорошо складывается, в то время как я горбатилась, выгрызала свой путь к счастью. А сейчас, ваша семейка собирает плоды моих трудов. А мне кидаете копейки! — лицо Надежды преобразилось, ненависть исказила его до неузнаваемости. — Лерка, как под счастливой звездой родилась, мою Аленушку по кускам собирают, а она как новенькая! Аленка, которая вообще не должна была там быть! К ней должен был прийти гость!
— Какой еще гость? Что ты сотворила? — Рома только начал раскапывать правду, а липкий ужас уже расползался внутри.
К запаху гари примешивается многолетняя гниль.
— Наша с Мотей талантливая девочка достойна лучшего! Михаил? Он кто? Что у него за душой? Он заделал ей ребенка, запрет ее дома и все, прощай карьера. Пока не поздно, надо избавиться от Мишки. А если бы его не было, и ребенок Алене не нужен. Она бы вернулась к балету, а с ее данными, богатые мужики бы в очередь выстраивались за ее внимание. Она могла блистать, купаться в золоте и бриллиантах, про семью бы не забыла, а вцепилась в это ничтожество.
И я бы ей это обеспечила, мать всегда знает, что лучше! Я попросила одного знакомого позвонить Михаилу и рассказать в подробностях, как они с Аленушкой любят друг друга. Он сказал такие детали, которые бы точно убедили Мишку.
— То есть это из за тебя Миша прервал командировку? Рванул на машине, летел к Алене, думая, что она ему изменяет? Это твоими руками авария получилась настолько жестокой? — Рома и тут сдержался, не показал эмоций.
Но он осознал, что это лишь верхушка айсберга.
— Его надо было убедить в неверности Аленушки. Да, она бы поплакала, но после успокоилась бы и с еще большим рвением вернулась в балет. К ней как раз и направлялся мой знакомый, с отличной легендой, которую я продумала, Мишка бы их застал и отстал бы навсегда, — надежда рассказывает с таким видом, будто то она спасительница. — Так Лерка приперлась, куда-то потащила мою кровинушку.
