Синхронно поворачиваем головы, и мои глаза лезут на лоб… мой брат Николай остервенело избивает какого-то мужика, прямо около припаркованной машины. Вокруг них бегает женщина в алом распахнутом плаще и цветастом голубом безвкусном платье и причитает.
— Колюня, ты совсем рехнулся, — сплевывая кровь, хрипит, лежащий на полу мужик. — Неужель из-за Маньки-тряпки озверел?
— Не смей так ее называть! — рычит мой брат, и в лицо мужика летит кулак."
"— Мужчина, что вы творите! Отпустите Глебушку! — орет женщина. — Пупсичек мой, как же так… снова Маняша! Сколько она нам кровь будет пить! Еще и психа подослала! — продолжает причитать!
— Рот закрыла! — Коля оборачивается к ней.
Таким я своего брата никогда не видела. От него исходят волны черной, неконтролируемой ярости.
Артем подбегает и оттаскивает брата от мужика.
— Коль, успокойся! Что ты творишь, дружище!
— Я его прибью! — скалится.
— Так ты сам об тряпку ноги вытер и свалил. А я подобрал, обогрел пузатую! — вопит мужик.
— Чего? Что ты сказал? — Коля уже не звереет, сатанеет, вырывается из рук Артема, подлетает к мужику, хватает его за ворот пиджака.
— Повтори? Она была беременна?! Врешь, гаденыш!
— Была да сплыла, — ухмыляется избитыми губами.
— Я полицию вызвала! Сейчас ты за все ответишь, псих! — кричит женщина и размахивает телефоном.
— Выкладывай все, гнида! — Коля снова бьет мужика. — Я от тебя места мокрого не оставлю.
— Она моя со всеми потрохами. Моя персональная тряпка, — хрюкает мужик.
Если бы Артем в этот момент не вмешался, подозреваю, Коля бы его реально прибил, столько адской злости полыхало в его глазах.
Вряд ли он хоть немного контролировал себя.
— Она нам с Глебушкой еще прислуживать будет, — с омерзительной гордостью заявляет женщина. — В хозяйстве сгодится.
Не знаю, как у Артема хватает сил, но он оттаскивает Николая, волоком тащит к своей машине.
— Лер, держись рядом со мной, — бросает мне Артем.
— Вам это так с рук не сойдет! — продолжает орать женщина.
— Дружище, успокойся! Нельзя так.
Ты совсем с катушек слетел, — Артем заводит машину.
Коля не отвечает, только тяжело дышит. Минут десять в автомобиле царит напряженная тишина. Потом брат трогает меня за плечо.
— Лерочка, прости, что тебе пришлось это увидеть. Артем сказал, где он, я ехал к нему. А тут эти, — скрипит зубами. — Не сдержался. Извини, — Коля, которого я знаю, постепенно к нам возвращается.
Глава 100
Роман
— Спасибо за все, — у него не хватает слов, чтобы выразить благодарность.
