Если бы Алена ее слушала, то давно бы жила как королева, и дети были бы от достойных мужчин. К сожалению, мозгами дочь не блещет. Еще и мать в чем-то винит… А ведь благодарить должна! Надежда так для нее старалась!
Это все пагубное влияние Лерки. Вот чем обратилась доброта Надежды к старшей дочери. А ведь воспитывала, поила, кормила, сопли подтирала… Где благодарность?
Надежда тяжело вздыхает. Дочери не спешат матери помочь, копеечку подкинуть. Как заболела, так кроме любимого Мотеньки никому не нужна стала.
— У нас проблемы, — муж бросает на нее быстрый взгляд и идет на кухню.
— Димка на занятиях?
— Да… скоро забирать…
— Хорошо. Не для его ушей разговор.
— Что стряслось, Мотенька? Ты голоден? Прости, я толком ничего приготовить не успела. Погано мне, родной…
— В общем… тут такое дело… брата моего за одно место взяли, — тяжело опускается на стул.
— Как? За что? Почему?
— Проверка, а там сама понимаешь, есть за что. Все летит в тартарары… Ох, Надька, полетят головы. Там новое начальство, будут братца моего распинать…
— Что ж он так неосмотрительно.
Надо было хвосты подчищать, — Надежда садится напротив мужа.
— Поумничай мне тут, — раздражительно фыркает. — Дела таковы, если не откупимся, он и нас сдаст. А у нас с тобой…
— Что у нас? То дело давнее, не доказуемо. Срок давности давно истек.
— Ага, а авария? А сколько еще он нас прикрывал? Ты понимаешь, что при желании еще и навесит многое, чтоб с себя скинуть! Нельзя его злить.
— Что ты предлагаешь? У нас сбережений нет… Ромка-паршивец платить тоже перестал…
— Квартиру на человечка от моего брата перепишем.
— Нет! Где жить-то, Мотенька?! Ты что?!
— За решеткой жить будем, если не подпишешь! — достает из кармана несколько смятых листов.
— Эта квартира потом и кровью заработана! Ты что! Сколько натерпелись! Мотенька, должен быть другой выход! Дай мне несколько дней, я что-то придумаю.
У Надежды в глазах темнеет. Сколько она натерпелась, жила с мерзким стариком, двух детей от него родила. К счастью, вовремя от одного спиногрыза избавилась.
Но ведь рожала! Слишком высокая цена за их с Мотенькой комфорт. И то минимальный. Вон как Лариска-хапуга устроилась!
Но Надежда не хотела более богатого мужа искать, как увидела Мотеньку, так и поняла — ее это мужик. Раз и на всю жизнь полюбила.
Бывало, по молодости любовники богатые пробегали. Но это с разрешения и ведома Мотеньки. Чтобы ему на хлеб с маслом хватало и на икорку сверху. Надежда и тяжелых работ не боялась, главное, чтобы мужик доволен был.
