Она ведь не сказала мне сама, куда отправилась, и что ее вообще не будет в городе. Поймет, что слежу.
Как за преступницей, а не женой…
— Владислав Андреевич! — Нина распахивает дверь кабинета. Как всегда не к месту. — Вам харчо или солянку? Что вы хотите? А то я готовлю второй день, а потом выбрасываю. Вы ж не едите. А оно денег стоит.
— Стучаться не учили? — рычу в ответ.
— Так я ж… — она теряется от моего тона. — Я ж только спросить насчет ужина.
— Нина, с глаз моих уйдите! — эта женщина начинает меня бесить. — Какие к чертям уха и солянка?
— Не уха, харчо же.
Голодный сидите который день.
— Я сыт.
— Может, бутербродики?
— Нина!
— С тех пор, как Полина…
Хватаю книгу со стола — первое, что подворачивается под руку, и швыряю в сторону двери.
— Ничего! Я! Не хочу!
Нина охает, причитает, сначала поднимает книгу, потом кивает, как болванчик, в мою сторону.
— Изводите себя, — только слова “барин” не хватало.
— Нина!
Как можно так себя вести? Совсем границ не чувствует. Причем изначально ее не видно, не слышно не было.
Сама и не обращалась ко мне практически, только по делу. А сейчас вдруг начала вести себя так, будто она не домработница, а моя бабка. Слова поперек ей не скажи, еще и в личную жизнь лезет.
Разберусь со своими проблемами, и заменю ее.
На столе вибрирует телефон. Кому еще от меня что-то нужно? Почему всем от меня что-то нужно?
“Элина”."
"— Давно не звонила, сестрица, — стараюсь говорить бодро.
— Разве давно?
— Да пару недель от тебя новостей не было. — Откидываю документы и отворачиваюсь в кресле к окну.
Душевный разговор с близким человеком — то, что мне сейчас может помочь.
— Как-то и рассказывать особо нечего было.
— А мне как раз есть чего. — Признание вырывается само по себе.
Когда-то, лет десять назад, когда она только входила в подростковый возраст, часто прибегала ко мне с проблемами, вопросами. Даже про первые влюбленности рассказывала мне, а не матери.
Давно у нас уже не было задушевных бесед.
— Влад, тебе плохо? — она взволнована. — Сейчас приеду!
Элинка бросает трубку.
С шумом выдыхаю. Мне даже как будто становится легче.
Открываю шкаф с книгами. Вдруг чтение меня отвлечет от раздумий? Ага, дальше первого абзаца не продвинулся.
— Скорая психологическая помощь прибыла! — сестра заскакивает в кабинет и сходу бросается обниматься. В руках две бутылки лимонада, одной из них больно стукает меня по плечу. Игнорирую боль, синяк если и будет, то потом. А сейчас рядом со мной наконец-то близкий и родной человек.
