Представляю, сколько денег ей заплатил Влад за “особое отношение”. Мне хватило бы и обычного стандартного приема.
Быстро измеряет давление, задает несколько вопросов по здоровью. Выписывает направление на анализы. Придется приезжать утром, но мне нравятся эти хлопоты, связанные с малышом.
Уверена, что со мной и со Звездочкой все отлично. И почему-то думаю, что она — мальчик. Надо будет подобрать более универсальное обращение.
— Полина, вы не против, если на узи будет присутствовать Владислав Андреевич? — Лидия Яковлевна меняет тональность и в ее голосе больше не проскальзывает слащавость.
— Вообще-то буду.
В конце концов, я имею право на медицинскую тайну.
— Понимаю ваше желание быть без свидетелей, но он очень просил. Ему это правда важно.
Точнее, вы хотели сказать, что он столько мне заплатил… что отказать я ему не смогла.
— Так я приглашу его?
— Я ведь уже сказала, что против. Но вижу, что вы меня не слышите.
— Полиночка, что бы ни происходило между вами, помни, что он — отец. И имеет право быть здесь.
Устало киваю. Эта женщина — как локомотив на скорости двести километров в час. Снесет все на своем пути в стремлении добиться цели.
Влад заходит и встает с другой стороны от доктора. В такой позиции мне тоже виден экран аппарата.
— Ну что ж, мои дорогие, — Лидия Яковлевна выдерживает театральную паузу, оглядывая нас восторженным взглядом. — Поздравляю, у вас будет мальчик!
— Сын! — Влад хватает меня за руку и с силой сжимает ее.
Потом бросается целовать. Лежа на кушетке, мне сложно уворачиваться.
— Я, конечно, могу ошибаться… — врач тушуется от его бурной реакции."
"— У меня будет сын! — Влад не слышит ее оправданий. — Родная, спасибо! — снова пытается меня поцеловать, но перед глазами мелькает лицо его любовницы, и я с силой отталкиваю его.
Глава 43. Нарисованные деньги
Влад смотрит ошарашенно. Он явно не ожидал, что я дам ему отпор при посторонних. Лидия Яковлевна деликатно отворачивается к столу и вместе с узистом склоняется над моей картой.
— Полиночка, еще один осмотр, и я вас отпущу, — говорит, не глядя в мою сторону. Влад понимает ее и оставляет меня наедине с медиками.
Приехала, называется, с группой поддержки. Из которой мне не хочется видеть никого.
Выхожу из центра, мама наверняка ждет меня на лавке, приготовила новую порцию нотаций. И я почти не ошибаюсь. Только она не одна, а с Владом.
Общаются как давние приятели, которые не виделись пару лет.
