Иди ты нахуй! Где входная дверь, знаешь, провожать не стану, — встаю с намерением свалить."
"— А ну, рот свой заткни, щенок! Сядь и слушай меня, — жёстко гаркает, указывает на диван, и я оседаю обратно. — Мне твоя мать сегодня в слезах позвонила, уже не знает, что с тобой делать. Боится, что в петлю полезешь. Забудь эту девчонку и живи дальше. Другого выбора у тебя всё равно нет. Тебе все равно придётся её забыть. Всё было известно и решено заранее, Глеб. Это жизнь, да, жестокая, но так бывает. Красивая она баба, я не спорю, но что на ней свет клином сошёлся? Найдёшь себе другую.
— Антоныч, знаешь, почему ты дожил до возраста под сраку, а семьи так и не завёл? Не потому, что такой свободолюбивый, а потому что мудак ты! Повторяю, свали из моего дома нахрен, пока я не сорвался.
— Глеб, ты сейчас на кого хочешь злость сорвать? На себя, но не можешь? Куда проще на тех, кто рядом. Так? Вот только помни один момент: это ты поставил цель отомстить Белову, я лишь помогал тебе, чтобы ты один дров не наломал и жизнь себе и своим родным не испахабил.
Значит, так, ты можешь ещё немного поубиваться, но в понедельник жду тебя в офисе. Я буду объявлять о важных перестановках. Чтобы как штык был к девяти утра! Понял?
— Не буду.
Хорош, конечно, старик, ничего не скажешь. Да только и он сам жаждал мести за друга. А теперь вот оно как. Понял. Принял.
— Я Кренцу позвоню, он тебя волоком притащит, — бросает Шмелев, встаёт и направляется к выходу, — В руки себя возьми, мать, пожалей, в конце концов.
Миша Кренц, или попросту Крен, это мой напарник, с которым я работал в семье Беловых водителем-охранником. Жуткий здоровяк, рядом с которым даже я немного пасую.
— Где Яна? — спрашиваю Антоныча единственное, что меня сейчас волнует.
— Я, кажется, уже сказал, чтобы ты успокоился и забыл её. Повторяю: всё давно решено.
— Где она? Куда брат Белова её увёз?
— Глеб…
— Блять, просто скажи мне! Я просто должен знать! — перехожу на крик, и из кухни тут же выбегает мама с испуганным лицом.
— Машенька, привет, дорогая, как ты? — тут же мурлычет Шмелев, словно кот, объевшийся сметаны.
— Всё хорошо, Коленька, но видишь, что у нас тут, — договаривает и тихонько всхлипывает. — И так, каждый день. Что там за Яна такая, как её найти? Может ребятам поговорить, и всё наладится, Коля? Ну поругались, молодые, всякое бывает…
Он мотает головой, но держит бодрый тон.
— Всё уладим, не переживай.
