Конечно, не обошлось без их личной не совсем радужной истории, но главное, что сейчас они вместе, а совсем недавно родилась их безумно милая девчушка. Дарья.
В общей сложности Глеб восстановился за год, всё благодаря своей силе духа и большой помощи всех тех, кто его любит и заботился всё это время. Было тяжело, были откаты, взлёты и падения.
Память практически полностью вернулась, как и речь. Конечно, есть проблемы с той самой рукой, которую врачи восстановили, добавились шрамы на теле, да и зрение чуть в минус ушло, но какие же это мелочи по сравнению с тем, что он преодолел, и какой огромный прошёл путь.
А я всего лишь была рядом. Ни на день не оставляя своего любимого человека и не сомневаясь, что всё будет хорошо.
— Ян, знаешь, о чём я подумал, — сказал он в один из вечеров.
— М-м-м? И о чём же? — спрашиваю, откусывая большой кусок от сочного бургера, сидя за столиком в кафешке фастфуда.
Он тычет мне в живот и с улыбкой говорит:
— Ты меня, конечно, прости, но кое-кто поправился.
Попка и грудь такие аппетитные стали, наливные, но как-то это подозрительно, не находишь?
— Миронов, ты офигел? — возмущаюсь, откладывая в сторону свой бургер.
— Слушай, из-за всех событий наша свадьба ушла на второй план, но, кажется, надо с ней поторопиться.
— Это ещё почему?
— Потому что у кого-то скоро будет большой животик. Яна, я с тебя прикалываюсь! Ты же беременна! Неужели не заметила? — склоняет голову набок и с интересом наблюдает за тем, как вытягивается моя моська.
Застываю на нём взглядом. Затем моя челюсть отпадает, и я выдаю на всё заведение, громогласное:
— ДА НУ НАХРЕН?
Посетители начинают оборачиваться на меня, кто-то с любопытством, кто-то просто хихикает. Смутившись, я тут же сажусь обратно и готовлюсь провалиться под землю от стыда.
— Ага, доедай свою булку и пойдём за тестом в аптеку, чтобы уж наверняка быть уверенными, — довольно улыбается он.
Когда тест показал две полоски, а следом и второй, то первая мысль, которая меня посетила, была такой: “Насколько же я ужасная мать, что не почувствовала беременность и насколько Глеб прекрасный отец, если заметил это…”.
Стыд мне и позор.
Врачи пророчили, что я не смогу забеременеть, но, кажется, мы с Глебом сломали и эту систему, сами того не заметив.
А дальше ещё веселее, оказалось, что я была уже на третьем месяце. И как только он заметил? Я ещё месяца два не обращала бы внимания, пока и правда живот не начал бы расти как на дрожжах.
