— Глеб просил не афишировать.
Закатываю вверх глаза и закусываю губу, чтобы в миллиардный раз не разрыдаться.
— Спасибо, мам…
— Яна, не клади трубку, подожди! — вскрикивает она. — Как Глеб? Есть новости?
— Без изменений.
— Доченька, он очень тебя любит… Когда он приезжал к нам, то любил заходить в твою комнату. Сидел, с трепетом и тоской разглядывал твои детские фотографии… и я тогда поняла, так делают только очень влюблённые люди. Он смотрел так, как Алексей никогда на тебя не смотрел.
— Я знаю, мам, — выдаю короткую фразу, отключаю звонок.
— но мне от этого не легче, — говорю уже сама себе, а затем тонко скулю, прижимаясь лицом в подушку.
Значит, тогда в Салерно перед приездом Сашки, это был всё-таки Глеб — тот мужчина, в которого я врезалась и разлила свой кофе…
Позже мне позвонила Мария Дмитриевна, и я рассказала ей про свою семью, про то, что случилось с папой, частично про Алексея, своего бывшего мужа, про нас с Глебом. Не могу объяснить, почему делала это, мне просто захотелось поделиться, возможно, потом я пожалею об этом, но почему-то, мне кажется, эта мудрая женщина всё поймёт.
Мама Глеба слушала, не перебивая меня, и лишь только когда я заговорила про Италию и про помощь моим родителям, она заговорила.
Я не могла её видеть в этот момент, но слышала и чувствовала, что она улыбается, рассказывая о том, что она знала про Италию, о том, как Глеб несколько лет туда летал, чтобы просто узнать, как я живу.
— Он постоянно думал о тебе, девочка… но боялся потревожить, считая, что ты там счастлива.
Помощь родителям и знать, что с тобой всё в порядке. Хм… наверное, таким образом, он проявлял заботу. Тихую. Издалека, — говорит она и затихает. — И этого ему было достаточно.
— Я не была счастлива, а просто жила. Сейчас я отчётливо это понимаю, — говорю почти шёпотом и захлёбываюсь от спазма, сковавшего колючей проволокой горло. — Это ведь разные вещи…
Несуществующий фонд, полёты Глеба в Салерно…
Я пять лет думала, что он выбросил меня из головы и с лёгкостью забыл, а он все эти годы медленно шёл мне навстречу…
Глава 58
Яна
С момента аварии прошло чуть больше месяца.
Меня уже выписали из больницы, но я всё равно приезжала каждый день и навещала своего мужчину. Помогала в мелкой уборке, обмывала Глеба тёплым, влажным полотенцем, подолгу сидела и разговаривала с ним, держа за руку, рассматривала его и подмечала, как сильно он похудел. Казалось, что он буквально тает, как снег по весне, и видеть это было порой просто невыносимо.
