Она ведь не знает, что вернуть мою Анну может только чудо… Она не знает, что моя любимая, скорее всего сгинет где-то в горах вместе с императором. Она почти уверена, что я стану новым наместником императора, когда Анна вернется. И для нее это не «если», а «когда». Эх, Лилиана, если бы ты только знала, что это не так.
Чем больше я говорю с ней, тем больше чувствую, что в глубине, там, за этими холодными глазами, скрывается теплая и ранимая девочка, которая хочет защиты, хочет безопасности, хочет надежды.
Стоит ли мне привлечь ее, пообещав ей защиту? Или она воспримет мое предложениее, как оскорбление? Найду ли я в ней союзницу, когда пройдут дни и недели, а Анна все так же не вернется?
А защищать ее мне скорее всего придется.
Салемс и его союзники, уходя, бросали злобные взгляды не только на меня, но и на нее. Для них она точно такая же помеха на пути к власти, как и я.
Глава 30
Анна
Я сжимаю медальон в ладони, и ощущаю как он приятно холодит кожу. В это же мгновение я чувствую, как тревога и страх, охватившие мое сердце, казалось, без остатка, понемногу отступают и в голове появляется что-то кроме разрозненных обрывков сознания порожденных бесконечным отчаянием.
— Ты справишься,— словно бы слышу я спокойный голос Тайдела, и я охотно откликаюсь на эти слова, как будто только их и ждала, я сосредотачиваюсь на этом ощущении и отбрасываю все остальное, словно ненужный груз. Сейчас есть олько холод камня и тепло зреющей внутри меня новой жизни, жизни моего будущего сына.
— Я не сгину сдесь, этого не будет, ни за что, — говорю я вслух.
Голос мой звучит хрипло и безжизненно, но я чувствую, что внутреннее тепло, что дарит мне мой ребенок, вселяет в меня достаточно сил, чтобы встать на ноги.
Я оглядываюсь по сторонам, чтобы оценить, в насколько ужасном положении я нахожусь на самом деле.
В какую сторону идти?
Солнце находится в зените, так что я даже не могу определить, где восток, а где запад. Единственное, что я знаю наверняка, это то, что мы летели к горам, а значит мне, чтобы добраться до обитаемых земель, нужно двигаться в обратную сторону.
Только вот отсюда гор я тоже не вижу. Лишь пустая равнина простирается насколько хватает глаз. Редкие сухие кустарники да разбросанные тут и там камни — вот и все, что тут есть.
Перед тем, как уйти, император сказал, что бог позаботится обо мне. Я должна верить, я не могу отчаиваться. Я должна сделать все, что от меня зависит. Ни в коем случае нельзя падать духом, только не сейчас.
