Слабое старческое тело впитывает в себя густые неосязаемые лоскуты дыма угольно черного цвета, которые щупальцами тянутся к императору, словно послушные его воле. .
Я вижу, как на тонкой, как пергамент, коже его старческих рук проявляются чешуйки, и вместо ногтей вырастают острые блестящие когти промежуточной формы дракона. Император падает на землю и упирается руками в почерневший от сажи и пепла песок. Тонкий крик отчаяния — это кричит Лилиана, которая пытается вырваться из объятий Тайдела и подбежать к своему императору, смешивается с яростным рыком дракона,, от которого все внутри меня содрогается.
— Он не сможет, — с досадой кричит Каэн, перекрикивая поднявшийся ветер, — он слишком слаб. Нужно его остановить!"
"В эту же минуту, ветер стихает. Кажется, что само время замирает на месте, ожидая, что будет дальше, словно бы затаив дыхание. Я с ужасом смотрю на происходящее нервно сжимая руку Каэна. Неужели император умрет сейчас, не успев перевоплотиться, не успев передать престол?
В следующую секунду император бьет когтистой рукой по земле и одновременно с этим начинает молниеностную трансформацию.
— Не может быть, — шепчет Каэн.
Я с замиранием сердца наблюдаю, как император перевоплощается в огромного черного дракона, каких я никогда в жизни не видела.
Всю площадь оглашает нестерпимо громкий рык. Император расправляет гигантские крылья, чуть не задевая одного из князей, и хлопает ими, поднимая целое море песка и пыли, который тут же смешивается с дымом.
Я оглядываюсь и вижу Лилиану, которая теперь стоит гордо подняв голову и с восторгом и обожанием глядит на своего истинного.
Ошеломленный Каэн с благоговейным трепетом смотрит на императора и преклоняет колено. Один за другим, каждый князь следует его примеру, признавая бесспорное величие своего императора. Сколько из них, еще достаточно не старых драконов, в общем-то полных жизнеенных силл, смогли бы сейчас повторить подобное?
Огромный черный дракон истинно императорских размеров с ярко горящими зеленым глазами оглядывает всех по очереди, пока не останавливает свой взгляд на моем истинном.
— Каэн Сандерс, — гремит голос императора, — подойди ко мне.
— Настало время, Анна, — читаю я по восторженному взгляду Каэна, который он бросает на меня.
Каэн медленно подходит к импператору, из ноздрей которого вырывается густой дым. Одна лишь только его голова, больше Каэна в два раза.
