Она не могла уехать ночью! А если уехала? Успею догнать? Ведь мне столько ей нужно сказать! Попросить прощения!
Не думая о маскировке, впрыгнул на лавку и заглянул в комнату, встав на задние лапы. Кристины в комнате не оказалось. Судя по запаху, в доме тоже.
Волк спрыгнул с лавки, закрутился на пятачке перед окном. Больше всего Кристиной пахло на подоконнике, а потом на улице запах резко обрывался.
Да что ж это такое?! Куда делась моя жена?!
В пору спрашивать у её подруги. Не думая о том, что останусь без одежды, обернулся человеком и, сверкая голым тылом, снова сунулся в окно.
То, что не заметил Волк, заметил человек — на столе лежала записка. Почерк Кристины разобрать оказалось непросто: буквы — острые пики. Но смысл понял: ушла в Беличий кедровник на сопку.
Вот же неспокойное чудо! И не спится ей в тёплой кровати.
Ушла сама, без поддержки. На скалу ещё полезет!
На душе стало тревожно. А вдруг сорвётся? Упадёт? А она там одна!
Обернувшись волком, побежал в нужном направлении.
Но дорогой тревога нарастала. Запаха Кристины на тропе не было. А если она передумала и пошла в другую сторону? Где её искать?
Я заметался по тропе, вынюхивая след девушки, и не находил! Вернулся к началу, пробежал ещё раз вдоль леса. Но результат оставался прежним! Кристиной не пахло! Вот тогда я впервые в жизни испытал настоящую панику: дышал загнанным зверем, а вдохнуть не мог, в груди разливался холодный мерзкий страх, в голове звенело, а мыслить критически не получалось.
Так не может быть! Кристина рядом! Я что-то упускаю…
Встряхнув головой, я остановился и прислушался к лесу. Слух зверя позволял услышать гораздо больше. Но главное я услышал: тонкой струной звенела наша с Кристиной связь. Настолько тихо и невыразительно, что обычно я её не слышал. Но сегодня что-то изменилось. Связь проявилась! Очень слабая, тоньше волоса, но она поблескивала, как паутинка на солнце после дождя.
И я помчался вперёд, следуя за этой путеводной нитью.
Иногда терял, но снова находил и бежал вперёд, точно к Беличьему кедровнику.
Запаха Кристины всё ещё не было слышно, но я уже не ориентировался на обычные органы чувств — вело внутреннее чутьё.
Уже когда я подбегал к сопке, меня охватило предчувствием беды, диким испугом моей пары. На пределе сил я рванул вперёд, слыша неподалёку вскрик Кристины.
Я выскочил из-за кустов в тот самый момент, когда Кристина сорвалась со скалы.
