В доме Астахова нашлись моего размера халат и тапочки, любимый сорт чая, и вот теперь на тарелку Русланом выбраны только те блюда, что мне нравятся.
— Спасибо, — поблагодарила, рассматривая точёный профиль Руслана, пока он накладывал еду на свою тарелку. Он выбирал всё мясное: шашлычки на шпажках, мясной салат в тарталетках, блинные рулеты с мясным фаршем. Между делом закинул в рот помидорку черри и потянулся к дальней многоярусной тарелке с мини-эклерами с печёночным террином.
— Позвольте вам помочь, — раздалось сбоку.
Одна из незнакомок, блондинка с пышными локонами и глазами болотного цвета, подхватила кулинарные щипцы и, ловя взгляд мужчины, положила эклер на тарелку Руслана.
— Вы очень любезны, — в тон ей ответил Астахов."
"— Вы неуловимы, Руслан Кириллович. Мы с подругами так и не поздравили вас с днём рождения.
Ещё две девицы обступили его с моей стороны, невежливо оттесняя меня в сторону. Преданно заглядывая в лицо Астахова, сыпали комплиментами на три голоса.
И вроде бы ничего такого: простая вежливость, понятное желание приблизиться к имениннику, засвидетельствовать своё почтение и получить толику внимания не рядового оборотня, а сына Астаховых, но меня это неприятно зацепило.
В груди заворочались скользкие щупальца недовольства и раздражения.
Сколько раз я видела подобные сцены на мероприятиях у Дениса, Артёма, Егора. Все эти щенячьи взгляды, томные вздохи, а за ними спрятан холодный расчёт. А парни все падки на внимание. И ведь понимают, что такое поведение напускное, игра в невинность, но всё равно лыбятся, как идиоты, таят мороженкой от женского внимания.
Вот и Руслан вежливо улыбнулся, слушая комплименты и поздравления с днём рождения в свой адрес.
И эта улыбка меня вывела окончательно! Настолько, что я «случайно» вывернула тарелку на стоящую ближе всех шатенку, оттеснившую меня своей задницей от Астахова.
Бамс! Фарфоровая тарелка с шумом упала на деревянный пол. Во все стороны полетели так и не тронутые, наверняка очень вкусные закуски и куски стекла.
— Упс, неудача, — сложив руки на груди, я бесстрашно наблюдала из-за спины моментально вставшего между мной и рассерженными оборотницами Руслана. С каким-то извращённым удовольствием слушала такие приятные для моего слуха крики дам.
Никита за талию оттаскивал пострадавшую рассерженную волчицу. Две другие тоже ругались, призывая на мою голову кары небесные и грозя расправой.
— Прекратите ор! — резко произнёс Астахов, не повышая голоса.
