Все же у него был выброс адреналина и хочется его сбросить. Как бы то ни было, он живой человек, а физически нас друг к другу тянет, нет смысла отрицать.
Даже к Кириллу меня никогда так не тянуло. От простого касания Дамира сердце разгоняется от нуля до ста за доли секунды, внутри все скручивается от сладостного предвкушения, что же будет дальше. И если еще утром я думала, что как только получу развод, дам нам с Хасаном шанс, то теперь нет.
После того, что чуть не сделал муж прямо на его глазах, он исчезнет из моей жизни, уверена.
Эмоции только поутихнут, и поймёт, ему не нужна такая Мила. Хорошо, что еще не успела открыться ему полностью, иначе было бы больно. Намного больнее, чем от поступка мужа сегодня.
Кирилл словно с ума сошел. Не понимаю, почему он так одержим. Зачем надо было опускаться до на… Господи, даже думать об этом противно. Тело до сих пор сотрясает мелкая дрожь. Даже зубы постукивают, стоит свести челюсти. С кем я жила столько лет? С мерзавцем, наглым манипулятором и тираном.
Монстр просто спал в нем до тех пор, пока я была удобной. Не хочу представлять, что со мной могло бы быть, возражай я ему все время, идя до победного в отстаивании своих желаний. Я просто могла однажды оказаться в реанимации. Глаза мужа горели одержимостью и желанием крушить. Кто знает в какой момент и за что, стул мог полететь не в дверь, а в меня? Хотя… сегодня он и летел в меня.
Судорожный вздох вырывается из груди. Буквально доли секунды, и все закончилось бы иначе, не заклинь дверь.
Как же это ужасно. Больше никогда не буду с ним встречаться. Не знаю, что с Берским, но без него я больше не буду ничего делать. Подпишу любые доверенности, доверюсь профессионалам, но сама ни за что не буду больше встречаться с мерзавцем. Хватит!
– Ты проехал поворот, – хриплым голосом говорю, когда замечаю, что мы поехали вперед, но Хасан молчит. – Дамир.
– Я слышу, но с чего ты взяла, что я его проехал?
– Но ты же сказал…
«Поехали». А я снова додумала.
Почему я каждый раз строю маршрут, где Дамир от меня отказывается? Страх на фоне предательства?
– Я не отступлюсь, Милана. Есть вещи, которые прощать нельзя, и измена – одна из них. Теперь мне многое понятно, и, если думаешь, что разочаровала меня, ошибаешься. Нам нужно о многом поговорить откровенно. Сегодня, – хочу возразить, и он как чувствует это. – Надо все уже расставить по местам.
Не отвечаю, только киваю. Он прав. Завтра я снова закроюсь.
