Первые пять минут прошли. Надо же как быстро. Неужели от страха все притупилось, в том числе и ощущение времени? Копошусь в сумочке и сбрасываю вызов, как договаривались. Еще пять минут у меня точно есть. Кир опасен, не спорю, но и не все сказал еще. Мы только начали.
– Да мне тоже это корыто бабское не упало. Мне нужно, чтобы моя жена вернулась домой, а Карина, вопрос решается очень просто, и я ей сказал, что мне выродок от приблуды не нужен. Завтра, а может уже и сегодня, проблема будет решена.
Сколько раз мне еще тебе повторить, что она для меня ничего не значит?
– Ты с ума сошел? Это твой ребенок! Так нельзя!
– Нельзя жене от мужа уходить! Эта дура слишком много о себе возомнила, раз решила меня подтолкнуть беременностью. Она уже получила за своевольство, и за то, что посмела тебя выставить. А ты, если сейчас же не вернешься домой, узнаешь меня с другой стороны, которая совсем тебе не понравится. Даю тебе последний шанс, Милана.
– Что с тобой случилось.
Ты ведь никогда таким не был, – с ужасом шепчу, вжимаясь в спинку дивана. – Ты одержим этим слиянием. Это ненормально, Кирилл, ты сходишь с ума уже. Они примут другую рядом с тобой. Люди ошибаются, это нормально. Мы все живые. Остановись. Не делай глупостей. Я даже квартиру вам отдам, и машину тоже. Только остановись. Прошу тебя.
Смотрит волком. Хищный взгляд пробирается внутрь, заставляя все органы сжиматься от страха. Господи, он же готов кинуться на меня, если не подчинюсь.
Не знаю, как описать его взгляд, но так смотрят люди, которым нечего терять, и они пойдут до конца.
Новый звонок, телефон в руке вибрирует, и я малодушно думаю не ответить. Мне страшно, хочется сбежать прямо сейчас. Только я ничего не узнала. Что скажу адвокату? Нет, нужно продержаться еще немного.
– Выключи его. Кто тебе названивает?
– Это с работы, сейчас, – все же сбрасываю с сообщением. Пять минут и все, потом не отвечаю.
– С работы? Так это не фикция была? – опасно прищуривается и встает со стула, нависая надо мной.
– Возомнила себя героиней? Да ты одна ничего из себя не представляешь. Что, пошла по рукам, поэтому и устроилась? Ты же тупая, как пробка. Только борщи готовить и пироги печь умеешь. Дрянь!
– Кирилл, успокойся, прошу тебя, – отползая на диване в угол, шепчу, руки соскальзывают по кожаной обивке, лишая хрупкого равновесия, причем не только физического, еще и душевного.
– Сейчас успокоюсь.
