Но в большей степени хранить тайну от Саймона ее понуждал страх, что своими действиями – осуждением, гневом – он омрачит ее радость. Однако она отправила записку управляющему замком Клайвдон с просьбой сообщить местоположение герцога.
В конце третьей недели разлуки с Саймоном она решилась все-таки написать ему письмо.
Не успел еще застыть сургуч, которым она запечатала свое послание, как перед ней возник Энтони собственной персоной. И выглядел он чрезвычайно взвинченным, если не сказать – разъяренным.
Он без всякого предупреждения ворвался в комнату, где она сидела и где никак не предполагала никого принимать, а потому даже и думать боялась о том, скольких слуг, включая дворецкого, этот незваный гость оттолкнул на своем пути.
Дафна хорошо знала, что в таком состоянии старший брат бывает неуправляем, даже опасен, но не удержалась от язвительного тона, поинтересовавшись:
– О, как ты здесь очутился? Неужели наш дворецкий сбежал из дома?
– Ваш дворецкий на месте, – заверил ее Энтони.
– Это меня несколько успокаивает.
– Оставь свои шуточки, Дафна! Где он?
– Он?.. Ах да… Как видишь, здесь его нет.
– На этот раз я убью его! По-настоящему!
Дафна поднялась из-за стола, глаза ее сверкнули.
– Нет! Ты не сделаешь этого!
Энтони приблизился к ней почти вплотную – так, что ей пришлось отступить на пару шагов, – и произнес почти торжественно:
– Я поклялся перед вашей женитьбой, что сделаю это, если…
– Если что?
– Если он… – Энтони немного понизил голос, – если он причинит вред твоей репутации, черт возьми! А также если ранит твою душу.
– Моя душа в полном порядке, Энтони, – спокойно проговорила она, непроизвольно прикасаясь рукой к животу. – Как и все остальное.
Если ее последнее утверждение и прозвучало несколько странно, то Энтони не заметил этого. Его внимание привлек конверт со свежей сургучной печатью, лежавший на столе.
– Что это? – спросил он.
Она проследила за его взглядом, который упал на письмо, только что вымученное ею, и ответила:
– Это тебя не касается.
С этими словами она взяла в руку злосчастный конверт.
– Ты уже переписываешься с ним? – как раскат грома прозвучал голос брата. – Меньше чем через два месяца после свадьбы ты строчишь ему письма?.. Отвечай! Только не лги мне! Не лги! Я заметил его имя на бумаге.
Свободной рукой Дафна смяла лежащие на столе листы с черновыми набросками своего короткого послания и выбросила в мусорную корзину.
– Это не твое дело, Энтони, – проговорила она дрожащим голосом.
