– Я не аферистка, я не обману, честное слово. Там мой брат и отец, они хотят… Они задумали…
Стыдно было говорить, чего хотят брат и отец.
Вот стыдно до безумия, даже еще больше, чем быть в коротком и откровенном платье. Что этот привлекательный мужчина с такими красивыми глазами, мужественным профилем и шикарным ароматом может подумать?
Что я трижды овца, которая не имеет своего мнения. Которую привели и сейчас начнут продавать новому хозяину, которому нужна именно такая покорная овца, но при этом молодая и достаточно привлекательная.
Сто раз стыдно. Но мне бы думать о спасении, а не о том, что подумает тот, кого я вижу впервые.
– Так что брат?
– Отпустите. Опустите меня на землю. Пожалуйста.
Как раз в это время в сумочке начинает гудеть телефон, мужчина долго думает, разглядывая меня, но потом опускает, аккуратно ставит на асфальт. Я хоть и на высоких каблуках, но рядом с ним как маленькая букашка.
Широкоплечий, пиджак облегает мускулы, белая рубашка, без галстука и уголок бордового платка в кармашке на груди.
Красиво. Очень стильно, он наверняка собрался на какое-то торжество, а тут на пути возникла непутевая взбалмошная девица с грязными коленками и хромая.
Снова почему-то стало стыдно.
– Ничего. Извините и спасибо, что не дали упасть. Мне пора.
Телефон перестает гудеть лишь на три секунды и начинает снова. Рус всегда был нетерпелив, будет названивать, пока батарею не разрядит. Хочу обойти этого здоровенного «принца» в стильном костюме, мне все равно такой не светит.
Делаю шаг, боль в правой ноге стала еще сильнее, пока я прохлаждалась на руках, ее не чувствовала.
– А ну, стоять!
Хватает за руку, резко тянет на себя. Снова терпкий аромат парфюма заполняет легкие, а голова, вместо того чтобы соображать, как выпутаться из этой дерьмовой ситуации, идет кругом.
Ну вот что мне ему сказать: спасите, помогите, меня хотят насильно выдать замуж?
Стыдно.
– Что с ногой?
Вопрос был неожиданным.
Кусаю губы, смотрю вниз, сумерки уже начали накрывать город, коленки в земле, в траве, туфли перепачканные.
Господи, ну что за свинья!
– Больно, подвернула, когда прыгала из окна.
Мужчина снова смотрит на меня, осталось лишь покрутить пальцем у виска, и я с ним буду солидарна.
Сколько ему лет? Чуть за тридцать я думаю. Ой, да вообще о чем я думаю? Марьяна, возьми себя в руки и прекрати пускать слюни.
– Из окна?
– Туалета ресторана, – показываю за спину.
