Ты против?
— Да нет, твое дело. Мне все равно. — Я присаживаюсь погладить собак и поворачиваюсь спиной к Денису. Слезы солью разъедают глаза, но ему это видеть не нужно. Держусь.
— Все равно? Ну что, я тогда поехал. До завтра?
— Ага. Увидимся завтра.
И он уехал. Моя первая ночь в абсолютно чужом доме и без него. Что я вообще тут делаю?
Сорок четвертая глава
Ника
— Вероника Андреевна, вам принести чай в комнату? — участливо спросил меня Михаил Петрович.
Я присаживаюсь на корточки и полностью посвящаю свое внимание собакам.
Пока Кади трется носом мне в бок, я чешу за ухом Грега и наоборот. Холодные и мокрые носы, поскуливая, трутся мне в ладонь. Пока отвлекаюсь на одну собаку, замечаю, как ее соучастник уже тычется носом в мой Корман, предполагая наличие в них вкусняшек.
— Ох, ребята, простите… Ваш несносный хозяин быстро уехал и не сказал мне, где ваши лакомства. Сейчас я что-нибудь придумаю. Чай. А можете мне показать просто где кухня и где что лежит? Не хочу вас обременять да и мне надо чем-то заняться, раз меня тут бросили.
— Ой, ну что вы так сразу — бросил… Денис Сергеевич тут редко ночует, он часто работает. И днем и ночью небось.
Мне жутко некомфортно слушать, как этот взрослый и добрый человек пытается отмазать передо мной Дениса.
Неужели только мне кажется, что это запредельно странно и грубо по отношению ко мне? Привести меня к себе домой, оставить одну и свалить в закат. Чувствую себя той принцессой, которую некий дракон уволок в пещеру, прикрыл камнем и улетел по своим делам.
А ты, дорогая осваивайся. Вот твои верные псы, вот местный пещерный рабочий, на кости предыдущих принцесс внимание не обращай. Располагайся.
— Давайте покажу вам кухню и наши запасы. Вдруг вы проголодаетесь, а никого тут не найдете.
Добрый дядюшка (мысленно прозвала Петровича именно так) весело что-то рассказывал и провел мне ночную экскурсию. Я послушно плелась следом и старалась все запомнить. На кухне мы немного задержались для изучения коллекции чаев и я прихватила в комнату ароматный чайничек и чашку.
Устроившись на том самом подоконнике, на котором еще недавно меня целовал хозяин дома, с чашкой чая, я пытаюсь придумать оправдания произошедшему. Но ничего кроме того что у него есть личная жизнь, а я себе что-то придумала вроде романтики, в голову не шло.
На что я рассчитывала? Мы знакомы всего ничего, а я тут уже на него какие-то права пытаюсь предьявить. Наверняка у него кто-то есть. А все эти его «моя женщина» — методы подката может.
