Она почему-то решила, что это я посадила ее сыночка. А если не я, то я должна сидеть там с ним. А я, негодяйка, вышла замуж за другого и совсем не беспокоюсь о ее сыночке.
— Ну давай ему конфет с чаем вышлем в изолятор. Покажем свою крайнюю обеспокоенность.
— Ты самый великодушный человек на свете, дорогой мой муж.
— Ну чая мне для него уж точно не жалко.
Кирилл был под следствием. Дело только передали в суд. Четыре года адвокатов и грязных разборок осушили Багровых. Вот теперь золото раздаренное назад собирают.
— Рада, что больше не имею отношения к этой семье и могу оставить им все подаренное. Я бы и раньше это сделала, но как-то это совсем уж убого выглядит.
— Не жалеешь, что мы не стали бороться за недвижимость при разводе?
— За какую недвижимость? Сейчас она вся под арестом все равно до конца суда. А потом ему придется все это продавать. И то не хватит чтобы компенсировать ущерб пострадавшим. Считаю, что я вышла сухой из воды во всех отношениях.
— Слушай, а про Алину ничего не слышно? Куда она то попала в этой истории?
— Беременность мнимая.
Не прокатило. Она рассчитывала изобразить потерю ребенка от Багрова и стать жертвой. Надеялась, что несостоявшийся папаша будет ее утешать. Но она плохо знала Кирилла. Этот человек не готов жалеть никого кроме себя.
— Глупая девочка. Ну вот только жалеть ее не надо! Это целиком и полностью ее вина и пусть сама расхлебывает. Странно, что она не в соседней камере со своим боссом.
— Я тоже удивилась. А что Рома говорит?
— Говорит что она пока свидетель, пошла на какую-то сделку да дополнительные показания.
— А девочка так хотела стать женой богатого мужика со строительной компанией.
— Тебе ли не все равно?
Я пытаюсь вспомнить свои эмоции, когда узнала про нее и про Кирилла. Про измену и беременность. Кстати …
— Я тебе так и не показала сюрприз. Отвлеклась на всякие незначительные мелочи.
— Я люблю твои сюрпризы. Что там у тебя?
— Правая или левая? Я кое-что спрятала в кармане джинс.
— Правая.
— Отличный выбор! Вот, держи, — Ника протягивает мне тест на беременность в прозрачном пакете.
Вижу значок плюса, улыбаюсь и обнимаю крепко жену свободной рукой.
— Я знал! Я чувствовал. Да и заметил уже, если честно. А что в левой руке?
— А в левой то, о чем ни я ни ты не могла уже догадаться, — протягивает мне конверт. В нем снимок узи. Смотрю и ничего не понимаю.
— Что там? Все в порядке? Вы здоровы с малышом?
— Да. Мы здоровы. Все трое.
— Все трое? То есть ты, Матвей и новый малыш?
— Нет.
