Представить не мог! Но невольно представил.
Ты вышла из театра уже в сарафане. Каблучки застучали по камню. Я подумал о том, что букеты оставила там, в своей театральной гримёрке. Подавил сожаление! Ведь надеялся, мой ты прихватишь с собой.
- Позвольте поздравить вас, - раскланялся Сашка и обнял по-дружески.
Женька опять стал расстёгивать джинсы.
Ника прикрикнула:
- Хватит!
- Чё, пойдём напиваться? – ответил Женёк.
- Пить за успех, алканафт, - уколола она.
- Харе! – рявкнул он неожиданно, и Ника притихла.
На время.
Из дверей вышли парни. Вне сцены они растеряли загадочный лоск. Один прокричал:
- Ань! Не забудь в понедельник на репетицию!
Ты махнула рукой:
- Хорошо!
Вы обменялись «энергией». Я почувствовал эту незримую связь. Он был частью другой твоей жизни. Наполненной, яркой, чужой! В которой я был только зрителем…
- Устала, - добавила ты, сунув руку в мою.
Я выдохнул, сжал её крепко.
- Я тобою горжусь, - похвалил, хотя эту фразу уже повторял не единожды. Но теперь я, и правда, гордился тобой! Ты была так красива на сцене.
Или сцена тебе очень шла.
- Я представляла тебя, - произнесла неожиданно.
- Вот же я! Зачем представлять? – улыбнулся в ответ.
- Нет, - опустила глаза, - Там, на сцене. Во время поцелуя я представляла тебя.
Я замолчал. Я не знал, что ответить.
- Вить, ну не злись! – ты прильнула ко мне. И слова полились из души бесконечным потоком:
- А если ты будешь сниматься в кино и постельная сцена? Ты тоже будешь меня представлять, и я типа должен не злиться?
- Я не буду играть в постельных сценах.
Обещаю! – ты капризно поджала губу. Как ребёнок.
Сердце кольнуло, но я удержался от ссор. Не хотел омрачать тебе праздник.
- Он тебе нравится? – вырвалось вдруг.
Ты отмахнулась:
- Вообще не мой тип.
- А кто же твой тип? – обронил, надеясь услышать комплимент в свой адрес.
- Догадайся, - ответила ты. И пальчики ловко нырнули в карман. В мой карман! Брюки «пустили тебя». Под ними ладошка проделала фокус, и скрылась в трусах.
- Ань, - я поймал её, словно зверька.
- Ты ревнуешь? Ревнуешь? – прижалась, порывисто выдохнув в губы.
Я обхватил твою выпуклость правой рукой. Уместилась в ладони. До трусиков было всего ничего. Слой ткани, тончайшей настолько, что я ощутил их приятный рельеф.
- Эй, ну вы где? Извращенцы! – крикнул Жека.
На кухне был ящик спиртного, закуску готовила Лёлька. Ника надула шары и развесила их по квартире. Мы собирались отметить премьеру, поздравить тебя. А ты постоянно зевала.
