Этот участливый тон… Я сдалась и позволила мыслям сорваться с обветренных губ:
- Скажите, а вы же банкир?
Он хмыкнул:
- В какой-то степени.
- Как это? – я растерялась.
- Ну, сфера моих интересов включает в себя и банковский сектор, - сказал деловито.
«Вот и отлично», - подумала я. Так держать! Деловой разговор.
И расправила плечи, желая озвучить вопрос по кредиту. Но как? Если слов не хватало. Назвать ему банк, сумму долга? Ведь он совершенно чужой человек…
- А что у вас за вопрос? – поторапливал он.
- Я… Мне…, - мне опять стало трудно дышать, - Ничего! Я передумала.
Послышался сдержанный смех:
- Какая вы непостоянная натура, Анна. Давайте я угадаю? Вам нужна консультация?
Я успокоилась:
- Да. Вероятно, вы правы. Нужна.
- Что ж, - его тон снова стал деловым, - Я дам вам номер своего приятеля. Хороший специалист и добрый самаритянин. Считает он лучше меня.
- Спасибо, - ответила я.
- Да пока ещё не за что, - отозвался Марат. Даниярович."
"Вечером я позвонила мужчине по имени «Саша».
Точнее, он был Александр Сергеевич, адвокат, финансист, юрисконсульт. В общем, умный мужик! И достаточно взрослый по голосу и по манере вести разговор. Услышав о долге, он выдал мне целую лекцию. О том, что деньги требуют счёт. Что нельзя обращаться бездумно с кредиткой. Что проценты, она же «пеня», существует для тех, кто не хочет платить.
Я вздыхала, кивала, ждала. Ощущая себя бестолковым ребёнком, который попался на удочку взрослых людей.
- Какой банк?
- Ветабанк, - произнесла торопливо.
Александр Сергеевич выдохнул:
- Так. Ваше полное имя?
- Моё? – отозвалась растеряно.
- Да, - произнёс, - Вы должница?
Я нахмурилась:
- Мама. Ловыгина Лена Георгиевна.
Он хмыкнул:
- Отлично! Постараюсь узнать у коллеги из банка про вашу ситуацию.
Помню, подумала: «Разве так можно?» Разве нет между банками тайн? Или, между коллегами тайн не бывает? Ведь я же не знала тогда всех нюансов финансовых дел.
Время шло. Ничего не менялось. Этот хрен не звонил! А Марат Даниярович тоже пропал.
Перестал появляться у нас в ресторане. Я решила, что это – конец. И ждала, потеряв веру в лучшее, когда дело дойдёт до суда.
А потом написали из банка. В письме говорилось о том, что сумма долга была пересчитана. И мама, попав в категорию малоимущих семей, получила поблажку. Все пени, которые долго копились, исчезли. Остался размер тех истраченных средств, что она регулярно снимала с кредитки. Количество цифр сократилось, а срок увеличился вдвое.
