Фантазирую о том, как взлетят его брови, когда он поймет, что я делаю. Кулинария никогда не была моей сильной стороной. Даже несчастную глазунью я умудряюсь сжечь до черной корки. Что уж говорить о пирогах."
"Выливаю тесто поверх начинки, распределяю равномерно с помощью лопатки. Посыпаю все кокосовой стружкой, миндальными орехами, кунжутом и сушеной малиной. Получив одобрение от Марии, я отправляю две полные формы в заранее разогретую духовку.
Отпускаю своего кулинарного коуча домой спустя пять минут, пообещав, что никаких проблем не случится.
— Нажать кнопку «выкл.» через двадцать минут — с этим даже ребенок справится.
Мария немного колеблется, но в итоге всё же соглашается уехать пораньше.
Еще раз звоню Горскому, но на том конце провода никто не отвечает.
Чтобы не начать фантазировать лишнего, я включаю телевизор и смотрю какое-то ток-шоу о семейных скандалах. В назначенный час выключаю духовку.
С тоской смотрю на румяную корочку пирога. Еще раз включаю экран мобильного телефона. От Горского ни слова.
Неужто там все так плохо?
Глава 9
Каролина.
Назар появляется дома ближе к девяти вечера. Заходит в гостиную, развязывает галстук и вместе с пиджаком оставляет его на подлокотнике кресла. Вид у него достаточно измотанный: глаза красные, волосы взъерошены, на лбу и между бровями застыли глубокие морщины.
С приглушенным стоном Горский падает на диван. Подползает ближе и кладет свою голову мне на колени. Застываю на месте в противоречивых чувствах.
— Что смотришь? — мужской голос буквально пропитан усталостью.
Возвращаю взгляд к работающему телевизору, поджимаю губы. Новостной блок подходит к концу, скоро начнется очередная серия какого-то отечественного детективного сериала.
За последние пару часов я перебрала массу причин, из-за которых супруг не смог найти пол минуты, чтобы позвонить мне в течение всего дня. Старалась отгонять непрошенные мысли, но картинки вооруженных грабителей, кровавого ДТП, острый приступ аппендицита и карета скорой помощи, а также кирпич, падающий на голову мужа, никак не хотели исчезнуть.
Только в таком случае я готова простить Горскому резкую смену заботливого поведения.
Одну руку Горский проталкивает между диванной подушкой и моей напряженной спиной, второй скользит вдоль голени.
— Я звонила, — стараюсь держать голос ровным, но он все равно ломается, — ты сбросил вызов.
— Чёрт! Прости, Веснушка. Замотался.
Сухими губами Назар касается кожи на моей ноге. Оставляет несколько легких поцелуев на бедре.
