Просто какое то неприятное ощущение. Внезапно он поднимает глаза и так пристально на меня смотрит. Наши взгляды встречаются, я даже через его очки чувствую этот холодный жесткий взгляд. Отхожу и задергиваю тяжелую штору. Сердце продолжает бешено биться.
Вечером перед ужином я долго рассматривала свой гардероб. Да у этой Рады были роскошные платья все сплошь итальянского и французского качества. Одно красное такое красивое что дух захватывало. Длинное с глубоким декольте и вырезом по всей ноге.
Я долго стояла в нем перед зеркалом и рассматривала свое отражение. Волосы длинные белые, как лен.
Красиво то как… Неужели я всегда такой красивой была? Что-то мне подсказывало что нет.
Вздохнув решительно направилась в столовую. Руки бешено дрожали, я нервничала и сама не знала почему. Уже у входа в столовую непроизвольно положила руку на живот. Там малыш. Там мой ребенок.
Решительно сделала шаг. Дошла до стола и присев посмотрела на сколько всего вкусного в дорогой посуде, экзотического находилось на столе.
"
"Осторожно протянула руку и взяла мандарин. Есть не хотелось вообще. Аппетита не было. Какое то непонятное ощущение, страх и дрожь не давали мне успокоится. Что будет сегодня ночью, а что будет с моим ребенком…
– Фигуру беречь тебе явно не надо, она у тебя безупречная!
Я вздрагиваю. Откладываю мандарин в сторону. Аппетит пропадает моментально.
– Красивая! Выглядишь шикарно!
В столовую заходит Богдановский.
Черная рубашка расстегнута на мощной груди. Как ему идет черный цвет. Весь в черном, а лицо так же полностью закрыто. Опять эта дрожь, знакомая дрожь что и было до входа в столовую.
– Спасибо!
Он садится напротив меня и наливает в красивый золотой бокал вино. Поднимает его.
– Твое здоровье, тебе не предлагаю ты в положении, думаю у ребенка и так плохая наследственность и бокал вина будет каплей в море!
Его слова неприятно задевают, но я не подаю виду.
Почему то мне кажется что с ребенком все в порядке и все не так страшно что он говорит, да не могла я быть какой-то уличной девкой которая родила ребенка от кого попало.
– Всем привет! Папа я к тебе!
Богдановский с грохотом ставит бокал на стол, а я поднимаю глаза. В дверном проеме стоит худенькая блондинка.
– Здравствуй Рада! – тихо произносит она.
Внутри все сжимается… Она так на кого то похожа.
