Подождав еще немного, давая Рикару время отвязаться, я приказал:
— Поднимайте веревку. Да аккуратней, смотрите, чтобы она о край не терлась.
Следующим пойду я. Прислушавшись к своим ощущениям, я с изумленно понял, что не ощущаю не страх или волнение, а скорее нетерпение и азарт. Желание поскорее увидеть собственными глазами, что именно скрывается под каменной толщей.
— Видно, потеря памяти и хорошее дело сотворить может, — задумчиво покачал головой присутствующий здесь же тезка, пораженно поглядывая в мою сторону.
— Как? Как? — удивленно переспросил я, — Что ты имеешь в виду?
— Да ничего, господин — засмущался тот, — Вырвалось невзначай.
— Вот и продолжай, раз вырвалось — надавил я.
— Я правда, толком не знаю господин, только слухи. Да и маленький я был, когда произошла та история.
— Рассказывай!"
"— Ну… не знаю правда или нет, господин, но говорят в детстве вы на один из праздников, аккурат под вечер, в колодец замка угодили и до самого утра пропажи никто не хватился — барон с куртизанкой, в ту ночь к соседям на бал укатили.
Вам тогда от силы годков пять было. Хозяин вернулся только под утро — тогда и хватились пропажи. Барон в гневе тогда многим шкуру спустил, что не доглядели, проворонили.
— Правда, господин, чистая правда — подтвердил кряжистый воин лет пятидесяти, споро выбирая веревку из провала — помню, сильно радовался, что не я в страже стоял в ту ночь. Хорошо, что в тот год засуха стояла, колодец обмелел сильно. Старый хозяин страшно тогда лютовал, что не уберегли дитя малое.
Тогда то и наказал Рикару, с вас глаз не спускать.
— Так, — подбодрил я его, — и что дальше было?
— А как достали вас оттуда, мокрого и дрожащего, так с тех пор и повелось — темноту и тесные места вы не переносили, задыхаться начинали. Болезнь такая развилась. Даже в карету сесть не могли, а ночью обязательно везде свет, чтобы ни одной тени не было. Свечей напастись не могли — усмехнулся воин.
— А сейчас стоим и поражаемся — заулыбался тезка — и темно здесь, и тесно, вон как свод над головой нависает, а вы и не замечаете вовсе.
Случись такое месяц назад, давно уж сомлели бы. Вот и говорю я — значит и потеря памяти, хорошему делу послужить может.
Я растеряно замер, лихорадочно обдумывая услышанное. Вообще, все вполне логично. Страхи и фобии прошлого присущи моему старому ""Я"", тогда как ""Я"" нынешний еще не успел обзавестись ничем подобным. К счастью.
