Глава третья
Мрачное прошлое
Следующий день начался для меня как обычно — я проснулся на мягко покачивающихся в воздухе носилках, когда солнце уже было в зените. Опять проспал. Наученный горьким опытом, я покрепче ухватился за края носилок и только потом открыл рот:
— Доброе утро.
Поразительно. Носилки лишь слегка дернулись, но даже не накренились. Вот, что кулак чудотворный делает!
— Доброе утро, господин — поприветствовал меня хор голосов.
— Вам не тяжело меня нести то? — поинтересовался я.
Меня клятвенно заверили, что драгоценная ноша (это я), совершенно не тяготит и это большая честь для них.
Про то, что вчера моя тушка оказалась валяющейся в дорожной пыли, он не упомянули, а я благоразумно промолчал.
— Как давно мы в пути?
— Полдня уж идем, господин — ответил носильщик с подбитым глазом, что не мешало ему радостно улыбаться.
Приподнявшись на локтях, я осмотрелся. Окружающая местность сильно изменилась. Лес сменился на череду невысоких, заросших кустарником холмов. Дул сильный, холодный ветер.
Ранее пронзительно синее небо, сменило цвет на темно серый. Несмотря на чистое, безоблачное небо, казалось, что скоро начнется дождь.
— Сколько дней нам еще идти? — спросил я.
— Немного осталось, господин. Вон, видите впереди скала, виднеется? — указал носильщик
Присмотревшись, я заметил вдали очертания огромной скалы. Судя по размерам, это целая гора. Прикинув направление движения, я убедился в правоте носильщика — отряд держал курс точно на скалу. Вот он, конечный пункт путешествия.
Вопросов возникло еще больше. В первую очередь хотелось узнать, зачем именно мы держим путь к этой скале? Нападение или разведка отпадают сразу — женщины и дети не вписываются. Мы от кого-то убегаем? Сомневаюсь. Назад никто не оглядывается с испугом. Все смотрят только вперед, и чем дальше мы продвигаемся, тем больше безнадежности на лицах.
— Как тебя зовут? — обратился я к разговорчивому носильщику.
— Тишен, господин.
— Тишен, думаю ты знаешь, что я потерял память.
Что будет, когда мы достигнем той скалы? Ты знаешь это?
— Да, господин. Мы должны основать там постоянное поселение.
Все встало на свои места. Теперь понятно, почему в составе отряда столько женщин, детей и стариков. Понятно, почему столько хмурых лиц — кому понравится покидать обжитое место и начинать все сначала.
Дальнейшие расспросы ни к чему не привели — они просто не знали ответов.
Почему идем? — так приказали.
Кто приказал? — вы господин и приказали.
