Какого…
Инстинктивно поддавшись вперед, я шагнула с проезжей части и оказалась напротив входа в метро. Я вернулась. Живая и невредимая. Обратно в этот… обыденный мир.
Быстро оглядев себя, я поняла: меня забросило в день моего перемещения. В прошлое. Но я не хочу быть здесь! Моё сердце осталось там, в волшебном средневековье. С моими любимыми и такими дорогими мужьями.
Едва сдержала рвущиеся наружу слёзы.
Справа от меня маячила знакомая и ненавистная стоматологическая клиника моего… бывшего парня. Уверена, если я вернулась в прошлое, то он сейчас там, в своём кабинете, со своей ассистенткой.
Насаживает её рот на своё «достоинство» и шепчет: «Да, вот так, моя зубочисточка».
Зубочисточка! Это же надо было так придумать. Да если бы он меня так назвал, я бы тут же расхохоталась прямо ему в лицо. Сбежала бы из кабинета, сверкая пятками, и обходила бы этого «фантазёра» за километр.
Ладно, хватит копаться в прошлом. Нужно думать о том, как вернуться…
И тут меня словно обухом по голове ударило.
Орешки! Мой мешочек с орешками! В панике я вытряхнула содержимое сумки на асфальт, вывернула карманы джинсов и уже готова была разрыдаться от отчаяния, как вдруг увидела его.
Парень. Подросток, не больше пятнадцати лет. На голову выше меня, волосы выкрашены в зелёный цвет, в носу красуется кольцо, как у быка, а в руках… Мой мешочек! Не может быть!
Да уж, и куда только смотрят его родители? Хотя, кто я такая, чтобы судить? Нет, я ни в коем случае не осуждаю. Каждый имеет право на самовыражение.
Но пирсинг в таком возрасте и цвет волос… Сомнительное решение.
Вот когда у меня появятся дети, то пока они будут жить под моей крышей, никаких экспериментов с внешностью! Сначала закончат школу, получат образование, а потом хоть ирокез красят в кислотный цвет.
Преградив парнишке путь, я натянула на лицо доброжелательную улыбку и вежливо попросила отдать мне мешочек.
Ага, так он сразу и согласился. Даже спорить со мной стал, пытался убежать, но я не сразу, но поймала его.
– Так, – тяжело дыша после вечернего марафона по московским дворам, прорычала я. – Отдай по-хорошему!
– Нет! – упрямо замотал головой парнишка, крепче прижимая к себе заветный мешочек.
– Да! – Мое терпение лопнуло. Я схватила его за грудки. – Это моё!
Парнишка попытался заорать, но я мгновенно зажала ему рот ладонью. Он, в отместку, укусил меня за палец. Вот же… паразит! Агрх!
– Две сотни, – процедила я сквозь зубы, взвешивая варианты.
