Но мне видится, что, когда её отец Тадга рассказывал о том Нуаду, в нём говорило немало обиды. Он отказал королю Кумалу в сватовстве — и получил позор на свою голову.
— Что же. — осторожно уточнила я. — Тадга не ваш сын?
Немаин взглянула на меня с лёгким удивлением
— Нет. Он был сыном человеческой женщины. Друидом огромной силы.
Я потупилась, не решаясь расспрашивать о большем. Но королева так спокойно говорила о том, что её муж мог зачать сына какой-то другой женщине, будто в том не было ничего необычного.
— И вы считаете, что Муирне на самом деле была согласна на всё, что с ней случилось?
— Я этого не исключаю.
Потому не удивлена тем, что твоя мать, однажды познакомившись с Балором в его человеческом облике, могла забыться в чувствах. Даже будучи на тот миг невестой другого.
— И как же они встретились? — Я села поудобнее, приготовившись слушать.
— Наверное, она думала, что случайно. Но Балор давно искал потомков сидхе среди людей, чтобы у него появилась возможность вновь вывести фоморов в Сеогх Даонна.
— Нимаин протянула руку в сторону огня, и тот заметно ослаб. — Твоя бабушка была внучкой моего брата. А её мать покинула Сид ради того, чтобы прожить человеческую жизнь рядом с любимым. Балор давно успел изучить порядки людей, поэтому не просто забрал то, что пожелал забрать. Он заставил твою мать поверить в то, что она ему действительно важна. И, наверное, она ушла бы с ним, куда он скажет. Но её выдали замуж за другого. Уже беременную.
— Балор звал её.
— Да. Но она в стремлении всё же прийти к нему погубила себя в одном из ритуалов.
Потому Балору досталась только её душа. И память.
— С помощью неё он обманывал меня. Заманивал и уговаривал! — Я почувствовала, как вновь начинаю злиться, разогреваться, точно тлеющая головня, на которую вдруг подул ветер.
— Так или иначе, ты оказалась сильнее его воли. Частица каждой крови: фоморской, человеческой и сидхе —дала тебе особую силу. Но тебе придётся помнить, что эта связь всегда будет. Пока жив Балор. И пока существует Нижний мир.
Ты всегда будешь вхожа за грань. Это дар, но это и большой груз. Просто не вини мать в том, что с тобой случилось. И не вини отца, который тебя воспитал. Он ничего не мог изменить. Но, даже будучи почти уверенным в неверности своей жены, он воспитал тебя достойно.
Я опустила взгляд на сложенные на коленях руки. Да, винить других бесполезно. Это только наполнит меня пустой злостью, а значит, какая-то часть моей души станет темнее.
— я не виню.