И при этом… Словно что-то замирает внутри, реагируя на его присутствие.
Не с трепетом или чем-то таким, а с настороженностью. Я его совсем не знаю. Но, наверное, это можно исправить. Ник просил о встречах, хоть как-то сравнять шансы с Волками. У меня в телефоне теперь его номер, но я не уверена, что позвоню.
Ник… Может быть хоть самым чутким, заботливым и идеально мне подходить. Но у меня же есть Волки. И когда появился шанс, что я могу потерять их окончательно — мне страшно. Да, я сама сбежала, не дала шанса исправить ошибки.
Сама отказалась.
Но сейчас это чувствуется острее. Не просто разлука, а именно потерять. Окончательно отрезать себя от мужчин. Отрезвляет. Я ведь, какой бы обиженной идиоткой не была, не хочу этого. На самом-то деле.
— Ди, что такое? Ты снова пахнешь горем, — Влад останавливается возле дверцы машины, когда мы покидаем дом Вольфа.
— Не мешай, Влад.
Я тут пытаюсь всё по полочкам расставить. Получается так себе, а под пронзительным взглядом стаи Альф совсем сложно.
К чему я там пришла в своих чертогах разума?
Потеря."
"Двадцать восьмого марта, в полнолуние, я потеряю их окончательно. Если выберу Ника, решу довериться магии, которая связала нас, навсегда останусь без своих Волков.
Если выберу Влада или Захара, потеряю второго. И я, видимо, законченная эгоистка и развратница, если хочу всех. Всю стаю Альф. Чтобы Диме Боги не дарили Истинную, а оставили мне.
Но если его я потеряла, сама отрезала, чтобы хоть как-то облегчить выбор, то с остальными было сложнее.
Влад раздражал своим характером и привычкой всё решать за меня.
Захар тоже раздражал, чрезмерной пошлостью, попытками зажать меня и прижать крепче.
Я раздражала саму себя, потому что запуталась и металась от одного к другому. И не могла определиться, чего хочу на самом деле.
А затем резко выдыхаю, до боли впиваясь ногтями в ладонь, чтобы прийти в себя. Я ведь уже и сказала, что подброшу монетку. По-другому сделать выбор не смогу. Значит, так и сделаю.
Но у монетки две стороны, а у меня двадцать дней, чтобы определиться, кого именно буду загадывать.
И глупое сердце подсказывает, что вряд ли хоть одна из сторон достанется Нику.
А вот встреча — да. Наверное. Не знаю.
— Иди-ка сюда, — Влад протягивает мне свою ладонь, и я, совершенно устав от мыслей, вкладываю свою. Короткого шага хватает, чтобы мужчина притянул к себе, вжимая в крепкое тело. — Устала, малышка?
— За эти сутки слишком много всего произошло. С вами всегда так.
