Ранд с башни направился прямиком в командный пункт. Именно ему предстояло разобраться в происходящем и отдать все необходимые распоряжения.
В главном зале командного пункта собрались главы дозоров. Ранд коротко описал ситуацию и приказал:
— Проверьте всех живущих в лагере — слуг, поставщиков продовольствия, ремесленников… — он запнулся и нехотя добавил: — жен. Все ли на месте. Вероятно, кто-то из них сегодня ночью пересек стену и отправился на остров Хаоса.
— Чего ради? — удивился один из глав. — Это больше похоже на самоубийство, чем на диверсию.
— Спросим о причине у нарушителя, если поймаем, — ответил Ранд.
Всего несколько человек во всем королевстве знали, что Венец тьмы хранится на острове Хаоса. Ранд, как и его предки по мужской линии, входил в их число. Сейчас он был единственным на заставе, кто понимал, с какой целью нарушитель плывет на остров. Для остальных рыцарей поступок нарушителя не имел смысла. Ранд не мог раскрыть им королевскую тайну. Эту проблему ему предстояло решить в одиночку.
— Усильте дозоры, — распорядился он. — Если нарушитель попробует вернуться, мы обязаны его поймать.
— Может, мы зря волнуемся? — возразил кто-то. — Это же остров Хаоса. Там невозможно выжить.
— Делайте, как я сказал, — настоял Ранд. — И начните пересчет жителей заставы немедленно. Свою жену я проверю лично, — добавил он. — Не хочу, чтобы её напугало появление чужака посреди ночи.
Получив указания, главы разошлись, чтобы передать приказ дальше по цепочке. Ранд тоже не стал задерживаться в командном пункте.
Оттуда сразу направился в поселок.
Одна мысль не давала ему покоя с той самой минуты, как он уловил сигнал от стены. Десятки, даже сотни лет никто с этой стороны не пытался пересечь стену. Никому не приходило в голову посетить остров Хаоса. Так что же изменилось? На самом деле, всего одна деталь — в лагерь приехала Марианна.
Из командного пункта Ранд пошел прямиком в собственный домик. Всем сердцем он надеялся застать жену мирно спящей. Но память услужливо подкидывала моменты, когда она настойчиво просила взять её с собой.
Почему он согласился? Ранд не мог объяснить это даже себе самому. Ведь у него же был принцип — посторонним у заставы не место. Он осуждал рыцарей, привозящий с собой семью и лично отправлял прощения к королю с просьбой запретить подобное. Но его величество имел свое мнение на этот счет. Он полагал, что нет ничего важнее семьи и разлучать рыцарей надолго с родными, по его мнению, было жестоко.
