- Да чо я сделал-то?! - поднимаясь, взъерошивает шевелюру.
- У нас договорняк, ясно?
- Громче ори. Не вся прислуга услышала. Придурошная... - падает на подушки, пялясь в потолок.
Выхожу, хлопнув дверью.
Хочется осесть здесь же и поскулить от того, как ноет внутри.
Но я бегом спускаюсь по лестнице. В самом ее конце натыкаюсь на Софью Алексеевну.
- Доброе утро... - хриплю я.
- Лана!
Оглядываюсь.
Выскочив из комнаты прямо в трусах, Макс перевешивается через перила, ища меня взглядом.
Встречаемся глазами.
- Что? - выразительно стреляю взглядом на Софью Алексеевну.
- Люблю тебя! - лыбится он самодовольно.
И смачный воздушный поцелуй.
Вздыхаю.
Придурошный...
Глава 20 - Пешки
Вот уже несколько дней я чувствую себя племенной кобылкой. И только здравый смысл держит меня в этой клинике. Сама я себе никогда не оплачу ни такое обследование, ни процедуры. И это ""во благо"". Но...
Но, Данилевские немного ку-ку - это факт.
Немногочисленные пломбы вынуты, вставлены новые, все отбелено и санировано до скрипа, как фаянс! Мне кажется, я могу улыбкой освещать темные аллеи.
МРТ. Повторные анализы крови. Генетик, невролог, гематолог, эндокринолог, дерматолог... Из меня выкачали всю кровь, кажется!
Мне поставили несколько капельниц, что-то влив вместо. Я принимаю какие-то ванны. Мне правят скелет!
Остались гинеколог и повторно окулист.
Но это уже - нет!
И я категорично отказываюсь.
Окулист приходит ко мне сам. Долго уговаривает.
- Мелания, я понимаю про твой негативный опыт с линзами, но все решает цена вопроса, понимаешь? Их делали лично для тебя.
В Токио. Сегодня их доставили авиа почтой. Они экстра тонкие, дышащие и у них несколько уровней защиты. Ты будешь постоянно под моим контролем. Бояться нечего! Эти же линзы носит королевская семья...
- Я не смогу их вставлять и вытаскивать! Нет! Это ужасно, они забиваются под веко... Вытащить потом - пытка! А инфекции?!
И сутки меня мурыжат как маленькую пытаясь уговорить то на гинеколога, то на линзы.
Операцию на глаза мне делать отказались.
Перед ней надо наблюдаться хотя бы полгода. И чтобы зрение стабилизировалось. А мое падает...
И уже так измучили уговорами, что я готова нажаловаться Максу, а потом сбежать.
В какой-то момент приезжает сама Императрица.
Опираясь на трость, садится напротив меня.
Давит взглядом.
- При всем уважении - даже не уговаривайте! - не выдерживаю я.
- Когда я умру, Максим унаследует такие суммы, которые не сможет ни переварить, ни усвоить.
