Реально, муж? - шокированно шепчет Лена, хватая мою кисть и разглядывая кольцо. - Вот это да!
Вытягиваю руку, смущаясь прячу за спину.
Сведя брови домиком, киваю положительно, глядя Паше в глаза.
Он озадаченно хмурится.
- Все нормально?
- М? - растерянно переспрашиваю я.
- Тушь... - показывает на своём лицо, намекая, что я плакала.
- Он уедет сейчас, - вздрагивает мой голос.
- Не шумите.
- Угу...
Захожу в комнату, плотно прикрывая дверь.
Детский плач не умолкает.
Схватив полотенце, молча и остервенело несколько раз заряжаю Данилевскому по выставленным предплечьям.
- Лан... Лан! - шепчет. - Откуда я знал вообще?!
- Убирайся.
Падаю на кресло, пряча лицо в ладони.
Слышу, как скидывает куртку на пол.
Присаживается к моим ногам. Молча гладит коленку.
Напряжение в комнате растет до мучительных частот.
Прижимается губами к ней.
Чувствую горячее дыхание:
- Поехали домой, пожалуйста, - болезненно.
- Я дома.
Оттолкнув его в плечо, встаю.
Он, качнувшись назад, напрягает пресс и поднимается в прежднюю позу.
Отвернувшись, смотрит в сторону.
- Я устала, - по ступенькам поднимаюсь наверх, на свою кровать. - Я хочу спать. Тебе пора домой, Максим Данилевский. Дверь захлопнешь.
- Я тоже дома...
Глава 42 - Неправда
Он не уходит. А я не могу уснуть. Лежу и мучаюсь.
Но не выставлять же силой? Такой силы у меня нет. Да и скандалить при всех я не хочу.
И не смотря на свое пуховое одеяло, я мёрзну и не могу согреть ноги. Они застывшие, словно держу их в тазу со льдом.
Промаявшись часа три, тихо спускаюсь, чтобы сбегать в туалет и надеть носки.
Когда возвращаюсь, мое одеяло и подушки уже на полу. Рядом покрывало.
Это я спать с тобой ещё должна?
Макс решительно сдергивает с себя футболку, оставаясь в трусах.
Его брюки лежат на кресле.
- Нет!
- Ч-ч-ч...
Ловя за руки, делает аккуратную подсечку, укладывая меня на пол.
Зажимает меня, расписная сверху.
- Данилевский, нет! Поспишь как кот. Не стесняя хозяйку!
- Вот ты злопамятная... - цокает он.
- Нет-нет-нет! - отпихиваю его.
- Тихо! Снова разбудим ребенка, - снимает мои очки.
Замираю, боясь шуметь и того, что сломаем очки.
Воспользовавшись моей растерянностью, устраивается удобнее.
- Зачем ты это делаешь?! - шиплю на него. - Ты что не понимаешь, что мне неприятно??
Ложится ухом на мое грохочущие сердце. И насильно отправляет мои кисть на свою голову, пытаясь погладиться об нее.
Гад и сволочь.
Очень тяжело не ласкать его, если честно, когда он так выпрашивает.
