Просто слушать, не стараясь понять и осмыслить, впитывая красоту немного резкой мелодии…
Песня закончилась и Тар, влив в себя очередной из бесчисленных бокалов с вином, вновь начал перебирать тонкие струны. Нежно, словно касаясь волос девушки. Голос горца вдруг стал чистым и мелодичным, совсем непохожим на гортанную манеру, обязательную для эпических песен его родины.
Глава 64
Он завораживал, как и легкие звуки, вылетавшие из-под синеватых пальцев. Неизвестный грустный мотив то взлетал, то становился почти неслышимым, заставляя сердце сжиматься.
Впервые девушке захотелось заплакать от обычной песни. Нет, наверное, все же не обычной. Вот в глазах Мейна она видит ту же потаенную грусть, а Лурс крепко сжал в кулаке бороду, как всегда, когда задумывается…
Девушка молча сглотнула подступивший к горлу комок. И почувствовала сильные руки Амраса на своих плечах. Мужчина притянул ее к себе молча, обнимая так нежно, словно он уловил ее настроение. Наконец, последние строчки баллады были пропеты, и Тар кивнул друзьям.
— Не знала, что в фольклоре Предгорий есть подобное. — Диана встала и поклонилась горцу. Спустя секунду за ней последовали поклоны воинов. Высшая похвала мастеру…
— Это не из фольклора, — тот внезапно слегка смутился, — это личное.
— У тебя определенно талант, — Амрас удивленно посмотрел на Тара, — и почему же ты выбрал стезю воина? Ты бы мог прославиться…
— Надеюсь, это сказано не в укор моим боевым умениям, — ухмыльнулся тот, — но я и не выбирал. Четвертый сын бедного горца, работающего всю жизнь на чужой плавильне, чтобы прожить, не может выбирать.
А в школе воинов детей хотя бы кормили и одевали.
Лурс с Мейном переглянулись: их товарищ никогда раньше не говорил о своем детстве. Тар похлопал себя по поясной бляхе:
— Впрочем, теперь мне жаловаться не на что!
— Равно как и нам! — Лурс оглушительно хлопнул кулаком по столу, отчего, казалось, задрожали стены. — Прочь уныние, и давайте пить!
— Здравая мысль. — Тар в долгу не остался, и бокалы вновь наполнились до краев.
Диана вздохнула, уже предвидя завтрашнюю мигрень.
— Никто не знает, что будет завтра, — Амрас словно прочитал ее мысли, — и поэтому живем так, будто сегодня — конец мира.
— Девиз короля? — Спросила Диана.
— Скорее, мой, — Темный князь отхлебнул вина, — не ждать, не верить, не просить…
— Не доверять и не считаться, — девушка пытливо взглянула на него. — А с тем свободным можно быть, Кому не нужно открываться.
Амрас вздрогнул:
— В какой-то мере здесь есть резон.
