И знает об этом, вот какие бесенята в глазах прыгают!» — Знающий невольно проникся симпатией к девушке, выжидательно изучающей его большими голубыми глазами.
— Мы людей тебе не дадим. Но и препятствовать тому, что ты соберешь друзей и выступишь в поход не будем, — Артэр хмыкнул. — Думаю, ты понимаешь, что об этом разговоре не стоит сообщать своим друзьям?
Девушка слегка кивнула.
— А теперь ступай! — Морасса сделал рукой отпускающий жест, и Диана живенько исчезла за дверью.
Магистр оперся руками на стол, массируя виски.
Если бы все в этом мире было так просто решить! Резкий смешок вывел его из задумчивости.
— Что смешного? — Он кинул подозрительный взгляд на Фрома. После вызова будущего Оракула некромант изменился. Конечно, за восемь лет «в одной лодке» чопорный маг научился справляться с язвительными насмешками Флавии, не приходя от них в дикое, но тщательно скрываемое исступление. Но в последнее время он еще и умудрялся отвечать ей тем же! Вот и теперь смешок явно имел отношение к «новому» Фрому.
— Ловко она тебя, — некромант довольно сощурился, — и, главное, ответить нечего!
— И не говори! — Подхихикнула Флавия.
— Объединение Темного князя и Избранной?! — Обвинительным тоном изрек Магистр. Лицо его оставалось спокойным, и только в уголках глаз плясали искорки смеха. — В поисках Иного! Это даже звучит по дурацки.
Глава 19
— Объединение Темного князя и Избранной?! — Обвинительным тоном изрек Магистр. Лицо его оставалось спокойным, и только в уголках глаз плясали искорки смеха.
— В поисках Иного! Это даже звучит по дурацки. Один соперник спасает жизнь второму…
— Ну, Амрас всегда был очень благороден, а если Диана попросила его о помощи, он явно не смог ей отказать. — Фром почесал кончик длинного носа. — Главное, чтобы попаданец Браун остался жив.
— Останется, — уже серьезно продолжила Флавия, — Вы же слышали ее историю? Эти войны не убивают. Они передают заказанную жертву хозяину…
— Хранители, — мрачно проворчал Магистр, его игривое настроение мигом испарилось, — только их нам не хватало! Сколько о них не было слышно?! Сто лет?! Или двести?!
— Двести тридцать, если быть точным.
— Флавия поморщилась, как от зубной боли, предмет разговора был ей явно неприятен, — последние записи о них встречаются еще перед Расколом.
— Да, это плохо. — Фром скривился. — И нам о них почти ничего не известно. Так что теперь, повторюсь, нельзя оставлять без присмотра ни Избранную, ни Иного, если они все-таки встретятся.
