Светловолосый Наставник удовольствия от измученного вида своих питомцев не получал. Равно как и неудовольсвия. Ему было все равно. Казалось, ценность в глазах воина имело только его искусство, и поэтому Зелор гонял солдат ничуть не меньше, умело выбирая очередную «пытку».
К посвящению выбыло еще двое неудачников и в группе осталось немногим больше десятка людей. Но уже других. Теперь питомцы Зверя уже не напоминали рядовых солдат, а Амрас, лучший фехтовальщик двадцатки, получивший звание Адепта, вообще стал страшным противником, так что даже Зелор после личных схваток с ним бурчал себе под нос что-то одобрительное.
Наконец, в один из весенних дней Зверь построил всех учеников на плацу. Так же пристально, как и в первый раз, он вглядывался в ставшие знакомыми лица. Но что-то новое и неуловимое появилось теперь в глазах Тара, Лурса, Амраса и остальных «его» гвардейцев, спокойно смотрящих в его лицо. Рядом незаметно одними кончиками губ улыбался Зелор.
— Все свободны до завтрашнего посвящения! — Тон грасса Анормира оставался, как всегда, сух и многообещающ, но привыкшие ученики видели, что Наставник доволен.
Зверь начал поворачиваться."
"— А тренировка, грасс Тверр! — Тар демонстративно возопил. — Мы что, сегодня тренироваться не будем?! Неужели вы нас бросаете?!
Тверр медленно, очень медленно обернулся и встретился с лукавым зелеными глазами. Тон Наставника не изменился и только где-то в глубине его темных глаз заплясал ответный насмешливый огонек.
— Думаю, ты вполне сможешь теперь обходиться без ежедневных тренировок, гвардеец! — Отчеканил грасс, и две желтые фигуры прошествовали к дому наставников, скрывшись за массивной дверью, оставив Тара тупо взирать им вслед.
— Сегодня он явно заболел! — Горец, наконец, опомнился и обернулся к тихо смеющимся друзьям.
Посвящение прошло на удивление просто и без пафоса. Сотне людей, построенных Тверром и Зелором каре на огромном общем дворе Каменной Тверди и сверху казавшихся крошечным пятнышком на темном фоне, вручили поясные бляхи и зачитали распределение.
К радости друзей, их группа полностью переходила в распоряжение Ануэрата, так что разлука со старыми знакомыми никому не грозила.
Зверь, на правах старшего Наставника, выдал трехдневные увольнительные и удалился в сопровождении молчавшего всю церемонию и явно тяготившегося ею Зелора, пожелав увидеть всех вовремя и в добром здравии, «не слишком отягощенном вином и разгульными девками».
