Теперь я женюсь не на Таните Зорвир, а на тебе, – и, обхватив мою талию, прижал меня к груди.
Уже не боясь, я подала руку господину Тейназу и слегка поморщилась, когда острый стержень проколол безымянный палец.
– Как звать тебя, человеческая женщина?
– Татьяна… – я проглотила ком, застрявший в горле. В носу предательски защипало – как давно я не называла родное имя. – Белова.
Гном вывел аккуратные буквы с завитушками и подул на пергамент, полюбовался своей работой.
– Готово, Белая Танья, – произнес мое имя на свой, гномий манер.
– Ты всегда желанный гость в нашем доме."
"А потом мы отправились гулять по пешеходным тропам, и Дарен потащил встречать закат на каменный карниз. Глядя на раскинувшееся внизу великолепие, я поняла, что настала пора вручить подарок. Достала из внутреннего кармана алый бархатный мешочек и протянула Дарену.
– Что это? – он приподнял брови и округлил глаза. – Подарок для меня?
И стал похож на ребенка, который застукал под елкой Деда Мороза. Потом потянул завязки…
На ладонь легла золотая подвеска в виде раскинувшего крылья дракона.
Я подчеркнула изгибы и бороздки, делающие фигуру ящера объемной, у господина Домича попросила толстый кожаный шнур кофейного цвета. Все это как нельзя лучше подходило Дарену. И, видя, как зажглись его глаза, я приподнялась на носочках и поцеловала в колючую щеку.
– Все-таки освоила золото. А мне не сказала… – мягко попенял он и щелкнул застежкой шнура. Один дракон гордо лег на грудь другому дракону, и в этот момент я заметила первые снежинки.
Пока еще редкие, они касались лица и тут же таяли. Порхали над нашими головами, как белоснежные пушистые мотыльки. Стало так радостно, спокойно, словно я, действительно, была на своем месте. И моя судьба была определена задолго до того, как Варда и Тимош загадали себе тетушку.
– А хочешь, немного пошалим? – Дарен наклонился к моему лицу, мигом превратившись в хитрющего кота.
– Ты о чем?
Мало ли, что задумал мой женишок. Иногда не поймешь всерьез он говорит или шутит.
– Вряд ли у меня будет миллион возможностей обращаться драконом, но сейчас-то я дома.
Можно улететь далеко-далеко в горы, где вообще нет никого, никто нас не увидит.
– Так, стой… ты что это, летать удумал? – я подозрительно сощурилась и положила ладони ему на грудь.
– Конечно. По-моему, это чудесная идея, – сказал он вполне серьезно. – Ты со мной?
С детства во мне сидел страх высоты и, стоило представить, как я взмываю в небо на драконьей спине, как внутри все сжалось.
