Почуяв запах свежего лака, он чуть сморщил нос.
– Госпожа Танита, может, пригласите войти? – осведомился холодно и деловито. – Хотел сделать вам одно предложение.
Сейчас мне остро не хватало тетушки Свэньи, которая могла без всякого стеснения прогнать незваных гостей. Интуиция подсказывала, что предложение Леорга не сулит мне выгоды, но любопытство жгло каленым железом.
Что же задумал ювелир?
– Предложение? – недоверчиво переспросила я, но путь не освободила. Напротив, загородила проход своим худеньким телом.
– Вы боитесь меня, госпожа Танита? Право, не стоит. Мои намерения кристально чисты, – он поднял вверх руки. – Или я выгляжу страшнее господина Ингеррама? С ним, как я погляжу, у вас сложились теплые дружеские отношения, однако, в его силах хоть сейчас пустить вас по миру.
Он в курсе про долг, а про спор, вероятно, еще не знает. Да и вообще, с какой радости этот ювелиришка так со мной разговаривает? И смотрит чересчур пристально, испытывая мое терпение.
– Вас это не должно беспокоить, господин Леорг, – от моего тона застыла бы и пустыня Сахара, но тот и бровью не повел.
Был все таким же непробиваемым, высокомерным и почему-то ассоциировался у меня с кирпичом.
Он опустил взгляд, будто раскаивался. Потом снова требовательно взглянул на меня.
– Вы всегда держите гостей на пороге? В конце-концов, это не вежливо.
– Привыкайте, – спокойно отозвалась я, и глаза этого “господина кирпича” полезли на лоб от удивления. Хоть чем-то удалось разбить его высокомерную маску.
– Простите, но я вас не понимаю. Мой отец и я были дружны с вашим братом, я пришел протянуть руку помощи и поддержки сестре Малкольма, сделать выгодное предложение. Не желаете хотя бы выслушать?
Помощники у меня со всех сторон, сама себе завидую.
Я вздохнула. Пока мы мерялись с Леоргом упрямыми взглядами, в голове вертелись домыслы. А если, и правда, выслушать? Соглашаться не обязательно, а так хоть буду понимать его намерения.
Скрепя сердце, я произнесла:
– Ну хорошо, проходите.
Только учтите, что у меня мало времени.
Я бесила его.
Каждой клеточкой кожи чувствовала исходящие от Леорга волны негодования, его просто разрывало изнутри, как бешеного хомяка. Ну зачем так нервничать? Вон у одного уже проблемы с сердцем из-за меня наметились. Эмоции надо выпускать.
Я не стала звать его в дом, позволила только войти в полупустую лавку. Опустилась на стул и жестом указала ему на другой.
