Духи мастерской каким-то образом улавливали мое настроение. Когда я была спокойна, они тихо плавали под потолком, когда нервничала – носились, как угорелые.
Вот и сейчас один из них едва не угодил в лоб Дарену, показавшемуся в дверях. Тот проводил его изумленным взглядом.
– Это ваше?
– Да, поселились тут недавно.
В глазах его промелькнуло одобрение напополам с удивлением. Потом он скользнул цепким взглядом по полкам с инструментами, оценил обстановку, покрутил головой. Хотел высмотреть что-то определенное?
– Работаете по вечерам?
– И по ночам тоже, – подтвердила я.
– Ко мне вдохновение приходит чаще всего ночью.
– Не используете магические светильники? Трудитесь при свечах?
Я пожала плечами, и Дарен продолжил:
– Малкольм всегда работал только днем, а вам я бы посоветовал обзавестись светильниками, ювелир должен беречь зрение.
Его забота о моем здоровье удивила, но я не подала виду.
– Проходите, господин Ингеррам. Что за заказ вы хотели сделать?
Не было похоже, что он в чем-то нуждается. Сегодня цепей и подвесок на нем было еще больше, чем в прошлый раз.
Еще бы косуху, и сошел бы за земного металлюгу.
– Залежался у меня один камень… сможете сделать с ним браслет? – он приблизился и вынул из нагрудного кармана свое сокровище.
Я невольно вытянула шею, Дарен усмехнулся и протянул самоцвет – черный, как южная ночь. Дикий, необработанный оникс неправильной формы перекатился мне на ладонь, глянцево поблескивая.
Я рассмотрела минерал со всех сторон. Что ж, если это проверка моих умений, я ее пройду.
– Какой браслет вам нужен? Что вы хотите на нем увидеть?
Голос дрогнул от волнения. Как-никак, мой первый заказ в этом мире, и хотелось показать себя с лучшей стороны. Ну и нос утереть этому типу с широкой самоуверенной улыбкой.
– Мне без разницы. На твой вкус, красавица… Простите, госпожа Танита.
Иногда в его голосе звучали такие интонации, что мне хотелось неловко отвести глаза. Как будто он знает что-то такое, чего не знаю я. Ну сказал бы уже прямо, что ли.
Вдруг он догадывается, что я не настоящая Танита? Тогда почему никуда не сообщил о своих подозрениях?
Но если мыслить здраво, отбросив страх быть раскрытой, то зачем какой-то женщине выдавать себя за другую? Чтобы взвалить на себя заботу о чужих детях? Платить по чужим счетам?
– Что ж, тогда протяните руку.
Дарен молча выполнил указание, и я измерила шнурком мощное запястье.
– Какой материал предпочитаете?
– Пусть будет медь. У нее есть особое очарование, к тому же, вам она привычна.
