– Я никому не позволю причинить тебе вред! – прошептал он, бережно прижимая к себе и позволяя вдыхать его аромат, который, что удивительно, начал действовать успокаивающе. – Никто тебя не обидит! Никто к тебе не прикоснется! Я дал слово, что, если ты не захочешь, ничего между нами не случится!
– Ты говорил, мне не вернуться домой… – всхлипнула я, с силой стискивая в кулаках его камзол и утыкаясь носом в мужскую шею.
– Я солгал… Но такого больше не повторится! – руки дракона притянули меня ближе, ласково поглаживая по волосам и спине.
– Я расскажу тебе всё. Слышишь? Всё, без утайки! А потом попробую вернуть тебя домой…
– П-правда? – всхлипнула я, чуть отстраняясь и заглядывая дракону в глаза.
– Правда, – кивок, и Арон едва заметно улыбнулся. – Пока не знаю как, но я сдержу свое слово, Лёля. Верь мне!
20. Принятие очевидного
Арон
– Дорогой, – мурчала Вивьен, пытаясь привлечь мое внимание. – Послушай…
Я, будто находясь не в себе, сидел за столом в кабинете и уже черт знает сколько времени смотрел на узорную чернильницу.
В голове до сих пор стояли образы Лёли. Её лицо отражало чувства и эмоции, среди которых не наблюдалось ни одной положительной. Ярость, презрение, ненависть…
Попаданка была настолько охвачена злостью, что походила на фурию. Она рвала и метала, расхаживая по комнате из стороны в сторону.
Ее бы воля, уверен, Лёля уже мчалась бы вершить правосудие, отрубая головы мне подобным за злодеяния, совершенные с девушками, пришедшими из других миров. Но иномирянка понимала, что куда слабее нас.
Поэтому все, что ей оставалось, это лишь мысленно карать тех, кто этого заслужил.
Как и обещал, я рассказал Лёле всё. Ничего не утаил. И про то, что на неё положил глаз советник, намереваясь передавать бедняжку из рук в руки, и даже про то, что Вивьен никакая мне не сестра, а избранная, прожившая рядом со мной уже больше десяти лет.
Рассказывая попаданке это, я ощущал, как Арагон сходит с ума. Он так ярко реагировал на эмоции Лёли. Не мог вынести её душевных страданий, рвался на свободу, чтобы закрыть своими крыльями от всего мира.
"
"Он считал эту девушку своей. Той, кому будет верен до конца дней. Кого никогда не предаст и не даст в обиду, а я… А я понимал, что полностью с ним солидарен.
Так странно это было признавать, буквально за сутки мой мир перевернулся с ног на голову, но и отрицать очевидное, внушая себе, что это пройдет, было бы самой настоящей тупостью. Не пройдет. Мой дракон отчетливо давал это понять.
