Не нарушали молчания и подручные Лучника, хотя краем глаза майор заметил, как белобрысый крепыш до конца расстегнул свою ветровку и сунул под нее руку.
«Совсем обнаглели, бандюки! — подумал он. — Стволы с собой носят, на российские законы болт положили. Был бы без прикрытия — грохнули бы и не поморщились!»
— И что же ты от меня хочешь, Вампир? — прищурился Лучник.
— Хочу научить тебя хорошим манерам, дорогой. Я тебя вежливо называю, по имени-отчеству, а ты меня каким-то вампиром дразнишь. А ведь я майор ФСБ, и ты это знаешь!
Блондин выдернул руку из-под куртки.
Страшная аббревиатура пробилась даже в его одурманенное сознание. С лица партнера Лучника тоже исчезло глумливое выражение.
— А ты кто такой, Лучник? Ты — никто! Безработный бомж. Если нет — поправь меня. Только вежливо и культурно. Не забыл еще, чему тебя в институте учили? — Майор усмехнулся. — Вижу, забыл. Даже туфли чистить разучился.
Он нарочно дразнил самолюбивого чеченца и добился цели: у того еще больше прищурились глаза, губы сжались в тонкую линию, побледневшие ноздри затрепетали.
Зато двое других притихли: поведение незнакомого майора выдавало уверенность и силу.
— Отойдите подальше, у нас секретный разговор есть! — не поворачивая головы, небрежно бросил Нижегородцев.
И его послушались. Земляк Лучника встал и вместе с блондином отошел в другой конец помещения.
— У меня крайне мало времени, Ваха, — холодно сказал майор и презрительно скривил губы. — Поэтому не советую врать и морочить мне голову. Мне известно, что ты привез в город большую партию наркоты.
Может, и фальшивые доллары привез тоже. Это не моя линия работы, но сейчас это позволит упрятать тебя за решетку. И поверь, суд будет очень строгим и неподкупным. Лет десять я тебе гарантирую, и никакие адвокаты не помогут.
— Чего ты на меня взъелся, Анатолий Сергеевич? — вежливо спросил Лучник, однако в его голосе сквозило напряжение.
— Этих друзей знаешь? — Майор протянул ему фотографии.
Лицо чеченца дрогнуло.
— Мертвые?
— Сам видишь!
— Вижу.
— Кто такие? С кем связаны? Кто ими руководил? Что делали в Тиходонске?
Нижегородцев устало покрутил головой, разминая шейные позвонки.
Хрустнули хрящи, шея расслабилась. Он не отрываясь смотрел на собеседника, хотя по выражению его лица понял, что тот ничего не скажет. Во-первых, присутствие земляков делает таких людей несговорчивыми, даже если они стоят в стороне и не могут ничего слышать.
А во-вторых, речь идет о слишком серьезных вещах, чтобы вот так сразу «расколоться».
