К тому же в кармане лежал острый нож с выкидным клинком.
— Послушай, братан. Я с майором хороводы не разводил. — Бычок прикинул ориентировочно, где находится лицо неприятеля, и незаметно перенес центр тяжести на левую ногу. — За кого ты меня держишь? За сексота? За стукача? Мент мне не кум и не сват. Что я, закона не знаю? Какие предъявы, брат?
Темная тень не ответила. Похоже, разговорная часть была окончена.
Бычок рванулся вперед. Кулак двигался по заданной траектории, но невидимый противник оказался быстрее и проворнее.
Рука незнакомца со свистом рассекла воздух. Что-то блеснуло перед лицом Бычка, но он не успел понять — что. Горло обожгло адским пламенем, и это было последнее в жизни ощущение."
"Из перерезанного горла кровь брызнула во все стороны, но Бараев успел отскочить, держа на отлете испачканный клинок. Бычок упал в лужу собственной мочи, и Ильяс вытер нож о его одежду. Спрятав оружие в рукав, оглянулся. Свидетелей расправы не было. Он развернулся и неторопливо зашагал к машине. В тени шевельнулась еще одна фигура.
Рохланов страховал его с пистолетом в руке. Но страховка не понадобилась.
Внизу пили водку Рыхлый и Шуруп. Сегодня им повезло.
* * *Тиходонск,
5 октября 2004 года,
11 часов 00 минут.
Серая «Волга» подъехала к «Сапфиру» ровно в одиннадцать. Бурик сидел за рулем, Нижегородцев — рядом с ним. На мощенной рифленой плиткой площадке, прямо под прозрачным синеватым навесом, их ожидала Маша. Она прекрасно выглядела. Вампир улыбнулся, по привычке огляделся по сторонам и, выйдя из машины, приглашающе распахнул заднюю дверцу.
— Здравствуйте, Мария Евгеньевна, прошу вас!
— Вы очень любезны.
Они обменялись многозначительными взглядами и сели на заднее сиденье, касаясь коленями друг друга. Машина промчалась по Магистральному проспекту и вырвалась за город. Светило южное солнце, в зеленой окраске придорожных лесополос появлялись желтые и красные разводы. Настроение у Маши и Вампира было прекрасным. Они держались за руки, тихо переговаривались и смеялись.
В отличие от них, Бурик мрачно насвистывал, глядя на отблескивающую солнцем дорогу.
Не потому, что переживал стресс от недавнего огневого контакта. Хотя боестолкновения часто надолго выбивают участников из обычной жизненной колеи, он был лишен фантазии и не склонен к рефлексиям. Хотя ребра еще побаливали после динамического удара, про перестрелку он уже забыл. Практический склад ума был озадачен конкретными задачами.
— Товарищ майор, так что с машиной делать? — неожиданно спросил он.
