Эта женщина доверяла Артуру до такой степени, что разрешила пользоваться своей автомашиной. Разъезжая на ней, Шоукросс принялся регулярно наведываться в район «красных фонарей», где быстро стал популярен среди тамошних див. В общем, наш пострел везде поспел…
В период с марта 1988 г. по январь 1989 г. Артур Шоукросс убил 12 проституток. Подозрений в свой адрес он не возбуждал и разоблачили его, в общем-то, случайно. Во время следствия убийца объяснил, что расправлялся с теми женщинами, которые позволяли себе посмеяться над небольшим размером его полового органа.
Если женщина не допускала каких-либо бестактных комментариев или действий, то Шоукросс прекрасно с нею ладил и впоследствии не раз возвращался.
В случае Артура Шоукросса мы видим пример прямо-таки смертельной мстительности человека, неспособного простить перенесенную обиду. И хотя у насильника, орудовавшего в районах восточного Сакраменто, компенсация за испытанное от женщин унижение имела отложенный характер и реализовывалась такая компенсация не в форме убийства, а в форме изнасилования, психологический механизм «мщения» в обоих случаях весьма схож.
Тем не менее, имелось одно серьёзное различие: Шоукросс не разговаривал со своими половыми партнерами, более того, своим знакомым проституткам он прямо приказывал прикидываться мёртвыми. У него не было потребности в вербальной агрессии, поскольку он ощущал себя «мужчиной на сто процентов», знал, что он востребован женщинами. С одной женщиной он живёт, словно муж с женою, с другой — встречается, чтобы заниматься сексом, а если потребуется, он завсегда отыщет новых подружек… С насильником, нападавшим на женщин в восточном Сакраменто, ситуация диаметрально противоположна — тот не был женат, у него не было постоянной подружки, он не общался с проститутками и вообще избегал женщин.
Он был глубоко уязвлен перенесенными некогда обидами, он жил в их плену, точно заключенный в карцере. У этого человека не было постоянного сексуального партнера и вся его половая жизнь — по крайней мере во второй половине 1976 г.
— сводилась к диким нападениям на одиноких девочек и молодых женщин. Кстати, сам выбор объекта посягательства косвенно подтверждает этот вывод — преступник искал юных девочек или, говоря иначе, незрелых женщин, в том числе и потому, что со зрелыми женщинами ему справиться было психологически труднее. Он сознавал, или по крайней мере, опасался того, что зрелая женщина прекрасно поймёт его мужскую несостоятельность и в душе будет презирать его.
