По мнению автора, высказанное предположение об уязвлённом самолюбии насильника хорошо объясняет поведение Гиены.
Во время допросов полицейскими членов семьи потерпевшей, выяснилось, что начиная с середины сентября 1976 г., т.е. примерно за полгода до нападения, начались странные телефонные звонки. Они раздавались в самое разное время — как глубокой ночью, так и днём. Звонивший молчал, но в трубке хорошо были слышны его дыхание и сопутствующие звуки. Так, например, однажды можно было расслышать какие-то женские голоса, в другой раз отчётливо прозвучали шаги проходившего мимо телефонного аппарата человека (звонивший явно находился в каком-то общественном месте).
Трижды в телефонной трубке раздавался негромкий свист, словно человек пытался насвистывать какой-то мотив, но получалось это у него не очень умело. Последний телефонный звонок из числа таких вот хулиганских выходок, имел место 10 марта 1977 г., т.е. за неделю до преступления. Тогда трубку подняла мать Эрики; услыхав насвистывание звонившего, женщина громко засвистела в ответ.
Она прекрасно научилась свистеть ещё в юности и тут вспомнила давнишний навык. Экспромт удался, неизвестный от неожиданности бросил трубку, чего ранее, кстати, никогда не делал.
Родители Эрики были уверены, что странные телефонные звонки связаны с последовавшим на их дочь нападением. Но полицейские испытывали некоторые сомнения в этом. Дело заключалось в том, что полгода — это очень большой интервал для Гиены, обычно странные звонки в домах потерпевших начинались за 1—1,5 месяца до нападения… Вполне возможно, что в случае с Эрикой Дженик имели место действия разных людей, другими словами, осенью и зимой её преследовал один человек, а весной — появился второй.
Легко заметить, что в последней декаде марта 1977 г. объём полицейской работы резко вырос. Требовали всесторонней проверки многочисленные свидетельские показания, необходимо было искать автомашины, предположительно связанные с преступником, нуждались в проверке на возможную причастность к новым преступлениям лица, попадавшие под подозрения прежде.
Служба шерифа округа Сакраменто выделила для постоянной работы по расследованию изнасилований десять детективов и лучших патрульных, временно прикомандированных к Отделу уголовных расследований. Вместе с детективами городских управлений полиции и полиции штата число правоохранителей, занимавшихся только этим делом, превысило двадцать пять человек."
"Преступник, однако, как будто бы и не чувствовал за собой охоты.
