Эти детали, разумеется, были весьма познавательны, но они не могли компенсировать досадный промах службы шерифа, оказавшейся неспособной записать голос звонившего на магнитофон. Подобная оплошность непростительна…
И тут снова мы видим интересную параллель с поведением гиен. Эти животные имеют в своём фонетическом запасе большой набор звуков, посредством которых передают массу информации (предупреждающей, угрожающей и пр.). В интернете имеется множество записей «голосов» гиен и любой заинтересовавшийся без затруднений отыщет их.
Но среди «голосовых» сообщений этих животных особую известность получил т.н. «смех гиены» — своеобразный звук издаваемый ими в процессе насыщения и после. Он выражает собой довольство и сытость, эдакое торжество утробы… Никакого практического значения, т.е. важного с точки зрения биологической целесообразности, «смех» не имеет, он не несёт никакой значимой для сородичей информации. Более того, он существенно вредит самим гиенам, поскольку львы, услышав его, направляются в ту сторону с целью отнять добычу.
И кстати, частенько отнимают…
Другими словами, в точки зрения биологии «смех» не даёт гиене никаких практических бонусов, но зато создаёт массу вполне реальный и даже опасных проблем. Тем не менее, сытые гиены на протяжении тысяч поколений не перестают «смеяться». Просто потому, что такова их природа…
Насильник из восточного Сакраменто, совершая 18 марта 1977 г. телефонные звонки в службу шерифа округа Сакраменто, оказался подобен смеющейся гиене.
Совпадение поведенческой модели поразительно, задумайтесь на секундочку сами — эти звонки были ему совершенно не нужны, они не помогали ему ни в чём и ничем, напротив, они потенциально могли оказаться очень опасны… Преступнику незачем было звонить, но он позвонил! Один раз, второй, третий… Торжество плоти и потребность самоутверждения побуждали его заявить о себе таким вот странным, нелепым и даже бессмысленным образом. Сохранявший анонимность преступник боялся себя раскрыть, но и молчать не мог — гордыня и самодовольство распирали его…
Ну разве это нормальный человек? Вопрос ставится, разумеется, в этической плоскости, а отнюдь не в узко психиатрической.
Разве это вообще человек? Это просто Гиена…
Примерно в то же самое время — т.е. около 17 часов 18 марта 1977 г. — 16-летняя Эрика Дженик (Erica Janik) собиралась на работу в ресторан быстрого питания «Kentucky Fried Chicken», где она подрабатывала после школы.
