То обстоятельство, что последний в марте совершил нападение в непосредственной близости от этого района, может быть истолковано двояко: либо в действительности Гиена никак не был связан с «Кантри клаб» и тогда наши рассуждения в этой части ошибочны, либо… после февральского нападения преступник переехал жить в другое место. А в марте вернулся туда, что называется по старой памяти.
Линдси сообщила, где лежат её наличные деньги — их было-то всего 65$ — и неизвестный забрал всю сумму. После этого он передвинул тело жертвы к краю кровати, так, чтобы свешивались ноги, и принялся насиловать женщину.
В состоянии возбуждения преступник снял с рук резиновые перчатки и принялся гладить тело Линдси. В какой-то момент он принялся шептать ей всякие гадости, женщина в ответ молчала, понимая, что это всего лишь форма самовозбуждения. Затем мужчина принялся крутить пальцами и царапать половые органы Линдси, причиняя нестерпимую боль. Причинение страданий явно привлекало насильника больше, чем сам процесс совокупления.
После семяизвержения преступник на некоторое время оставил жертву в покое. Он прогулялся по дому, заглянул в холодильник, из которого вытащил кое-какие продукты, но есть ничего не стал. Отдохнув, мужчина вернулся в спальню и некоторое время расхаживал там, произнося бессвязный монолог, пересыпанный оскорбительными эпитетами в адрес женщин вообще и Линдси в частности. Чтобы заставить жертву сильнее страдать, преступник затянул потуже путы на руках и ногах, после чего совершил второй половой акт.
А после некоторой паузы — и третий.
Всё это длилось более трёх часов. Линдси не могла следить за часами и не знала точного времени начала нападения, но женщина была уверена, что преступник провёл в её доме очень много времени. Он никуда не спешил, был очень уверен в себе и прекрасно знал, что ему никто не помешает. Он хорошо ориентировался в обстановке — и это вряд ли могло быть случайностью!
Ушёл этот человек из дома Линдси примерно в 6:30 утра совершенно незаметно. Женщина долго лежала без движения, опасаясь возвращения насильника, затем постепенно стала двигаться.
Ей удалось добраться до телефона, но шнур оказался перерезан, так что позвонить не удалось. Линдси сумела извлечь из кухонного стола нож и, рискуя опасно порезать руки, рассекла шнурок, которым были связаны запястья. Поскольку из-за остановки кровотока кисти рук и пальцы не слушались, разрезать шнур на ногах также оказалось делом непростым. Вся эта возня отняла много времени.
