Доктор вроде приехал к ней, сказал, что у него неприятности, и попросился пожить в салоне несколько дней. По словам Раисы, она не сразу хитростью у него выпытала, что он человека убил. Говорит, тот его преследовал, подстерегал и хотел ограбить.
– Вот сука!
– Кто? Покойный или Раиса Чеберяк?
– Думаю, оба. Это что ж значит, все оборвалось?
– Не знаю. Будем искать. Будем, конечно, эту Чеберячку проверять. Ну и описание девицы у нас есть. Это направление. Тем более что она скрылась.
– Павел Иванович, а ты уверен, что он сам повесился?
– Нет, конечно.
Но сделано очень аккуратно, если не сам. Если бы доказать, что это убийство, мы б Чеберячку прижали. Может, она так свои дела спрятала.
Павел Иванович поднял трубку зазвонившего телефона:
– Слушаю. Добрый день, Дина. Ты вовремя. Дружок твой как раз появился. Что? «Скорая» была? Если состояние не очень опасное, пусть нас дождутся. Мы едем. – Он положил трубку и сказал Сергею: – События развиваются, старик. Кто-то искалечил Олега Федорова. Причем, что характерно, все тело в ранах, а одежда цела.
* * *Когда приехала «Скорая», Дина поднялась к себе и позвонила Валентине Петровне: «Я к вам еду».
Обстановка в доме ребенка была возбужденно-радостной, словно в праздники или дни рождения. Воспитатели и няни тащили игрушки, конфеты, пирожные и фрукты вернувшемуся из больницы Ване. После обеда в игровой комнате поставили журнальные столики, разложили угощение. Виновник торжества сиял и смотрел на всех преданно и ласково.
– Ну, ты посмотри на него! – Валентина Петровна взяла Ваню на руки.
– Ты такого золотого ребенка видела когда-нибудь? Такого принца распрекрасного?
– Равных ему нет, – авторитетно заверила Дина и протянула к мальчику руки.
Он охотно пошел к ней. Целуя круглую пушистую головку, Дина с наслаждением вдохнула нежный детский запах.
– Я тоже кое-что принесла. Фрукты и конфеты оставила на кухне, а вот одного зверя сейчас вручу Ванечке. – Дина поставила мальчика на пол и достала из большого пакета белоснежного пуделя в натуральный размер – английскую коллекционную игрушку.
– У-у-у! – обрадовался Ваня. – Босака!
Валентина Петровна смахнула слезу.
– Как подумаю, для чего наше дитя там держали, в том страшном доме, сердце останавливается. Что-нибудь узнали про тех извергов?
– К сожалению, главный подозреваемый, тот, за кем следили, повесился. Или его повесили. К сожалению для следствия. Они сразу его не брали, чтобы проследить всю цепочку. Но кое-какие соображения есть.
