«Драгоценности» у них нашли.
Александр Васильевич дышал тяжело, с хрипом, видимо, обострился его хронический бронхит.
– Что же это такое? – спросила Дина тихо, бессильно.
– Я скажу. Это сволочизм взрослых, отмороженность общества. Дети – показатель, лакмусовая бумажка. Их рожают без любви, терпят между пьянками, поножовщиной, воровством, массой безнаказанных преступлений, которые смакуют в кино, в газетах, по телевидению. А рядом растут или жертвы, или чудовища. Последние чувствуют себя достойными членами общества, истязая и убивая слабых, отбирая у них какую-то мелочь.
Нужно уметь зарабатывать, разве не это долдонят им с утра до вечера? Вот они и зарабатывают. Я не прав?
– Вы всегда правы. Только чудовища – это тоже жертвы.
– В каком-то смысле. Но я имею в виду новую популяцию – не знающую боли, страха, сострадания, нравственной азбуки.
– Что с ними будет? С девочками-убийцами?
– Ничего. Полежат в психиатрической больнице. Сразу скажу, что никаких отклонений в психике у них не обнаружат.
Жестокость – не отклонение. Такая психика считается здоровой. Это тупые, злобные, уже опытные преступницы и пока еще дети! Они плачут, когда хотят есть, просятся домой. Но они получат возможность повзрослеть и окрепнуть. А та, пятилетняя, что пошла с ними, у нее уже ничего не будет… Я пойду, Дина. Плохо мне как-то. Подумайте о том, что я сказал. Любой следователь вам подтвердит: самые циничные, страшные преступления совершаются по отношению к детям. Сейчас мы находим беспощадных убийц, не нуждающихся в мотивации, среди подростков.
Они таким образом пытаются взрослеть и выживать в море криминала.
– Я подумаю, Александр Васильевич. Или постараюсь не думать.
Глава 27"
"Машину Володи Пантелеева обнаружили неподалеку от платформы Мытищи. Она была пуста, в салоне – никаких документов, следов насилия. Павел Иванович распорядился снять отпечатки пальцев, эксперт собрал волоски, мусор, пыль со всех сидений.
– Вот здесь обивка немного влажная, – сказал он следователю.
– И пол, мне кажется, недавно вымыт. Вряд ли он сам этим занимался ночью.
А через некоторое время в сводке несчастных случаев обнаружили владельца машины. Там было сказано, что молодой человек с документами на имя Владимира Пантелеева то ли упал по неосторожности, то ли бросился с железнодорожного моста под мчащуюся электричку, которая шла без остановок. Потемневший от горя Сергей сам занимался перевозкой тела в Бюро судебно-медицинской экспертизы.
