Там же нафли занавес, соорудили крылыфки и составили «живую картину» из жизни богини утренней зари и царя Мемнона. Символически воплотив «восход зари новой России», а также «союз старой и новой крови». Я прав?
Ответом стала благосклонная улыбка.
— Кто же поработал фотографом? Николая Карловича надо исключить. Ягужинский не подходит — он испугался снимка… Остается тот, кто умеет пользоваться реактивами. Неужто Модль?
— Да уж, намучился я с двумя влюбленными самцами… А вы догадливы не в меру.
Ванзаров комплимент принял и продолжил:"
"— Допустим, князь стал втирать целебную гремучую ртуть по вафему совету, потому что горлом мучился.
Йодистый азот в скрипочку в тот же вечер высыпали. И сигарки особенные сами доставили. Но как могли знать, что Менфиков и Выгодский возьмутся за бомбы вовремя и убьют себя?
— Вы помогали.
— Могу ли знать, как?
— Когда выкладывали главный козырь проницательного сыщика и называли их содалами. В мозгу жертв возникало желание немедля совершить одно действие.
Такой психологический фокус. «Содал» — всего лишь курок, которой взвел я, а нажали вы. При помощи списка «Primus sanguinis». Это ведь приказ на казнь был, а вы думали, шпаргалку вам подкинули! Работает безотказно. Бьюсь об заклад: извозчики излагали словесный портрет лучше филеров, услыхав словечко «приметы». Ведь так? — И юноша улыбнулся милейшим образом.
Родион Георгиевич лишь дернул ус, сильнее, чем нужно, что выражало легкую растерянность, и спросил:
— В таком случае откройте «В.
В.П.».
— «Ваше Величество Петр».
— Прекрасно, потому что просто! — искренно восхитился Ванзаров. — Да и со смыслом тонко: дескать, Парис, из-за которого пала Троя… Таланты вафи обфирны. Но неужели вы и «Божественный яд» написали, и статейки?
— Романчик — привет вам лично от старого знакомого из парижской клиники, где он умер… Кажется… А статейки — затея Берса. Начитался уголовной макулатуры, вот и захотел дыму напустить, где не надо, глупец… Но в импровизации тоже сгодилось.
Вашу идею с объявлением оценил. Однако не довольно ли вопросов?
— У меня осталось только три. Позволите?
— Что ж, валяйте.
— Как доставили ковчежец с дачи к Финскому вокзалу?
— На моторе князя. В пятницу вечером получил автомобиль с корабля в торговом порту и отогнал в Озерки, загрузил поклажу, привез к Финскому, а мотор оставил на самом видном месте дожидаться, пока на извозчиках круги нарезал. Заодно могли найти свидетелей, что князь был на площади.