От звука голоса дорха, сожри его тьма, Ардера мне захотелось залезть с головой под одеяло. Какой стыд! Он наверняка видел меня сегодня почти что голой. Хоть и не признался.
Судя по тихой возне за дверью, Двэйн попытался прорваться ко мне. Но ба — тёртый калач, её не слишком мощную на вид фигуру так просто не обогнёшь, если она того не хочет.
— Пойдите лучше, отдохните! — воскликнула Нэсса. — Судя по вашему лицу, вам нужно! А лучше найдите себе других кандидаток в леоты. Киньте клич, в конце концов — девицы сами сбегутся.
И, будут милостивы Небеса, мы вас долго не увидим за стеной женских подолов.
Я сидела, прижав ладонь к губам, изо всех сил стараясь скрыть улыбку, хоть меня никто и не видел.
“Твоя бабуля войсками не командовала, случаем?” — уточнил Гугл, косясь на дверь.
— Смотря какими, — всё же прыснула я.
— Вот никогда не подумал бы, графиня, что вы такая сильная женщина, — тоже явно сдерживая смех, выдавил Двэйн.
Кажется, он готов был выбросить белый флаг.
— Это вы ещё мой удар правой не пробовали, дорх Ардер.
— Да, пожалуй, и не стану. Только прошу, — голос претемнейшего стал чуть ближе к двери, словно он говорил нарочно для меня. — Сообщите мне с утра, как Эйлин себя чувствует.
— Я подумаю, — упрямо заявила ба. — Всего доброго.
Водевильные бои на подходах к моей спальне подошли к концу. Они даже подняли мне настроение — и я уснула вполне спокойно и быстро. Зато утром меня подбросило так рано, что за окном было ещё темно.
“Помедитируем?” — сразу бодро предложил филин.
Пока я переодевалась, он притащил коврик, который как раз на такой случай был припрятан у меня в шкафу, и сам расстелил.
Наверное, выплеск накопленной энергии помог мне сосредоточиться гораздо быстрее обычного. А когда я открыла глаза, рассвет уже в полную силу заливал окно желтоватым сиянием лучей, пробившихся сквозь облака. Восхитительно поэтично!
Но оставаться в тишине мне пришлось недолго.
Едва я умылась и причесалась, как ко мне вновь пришли ба и Айне.
Чем-то явно взбудораженные, или даже немного расстроенные.
— Это тебе! — сразу выдала Нэсса, протягивая мне конверт.
Впрочем, он был уже вскрыт, а на нём почерком Броны было нацарапано имя старшей родственницы. Но ба почему-то решила, что меня это касается больше, чем её.
Я быстро пробежалась взглядом по строчкам, пытаясь вникнуть в суть полуистерических причитаний “матушки”.
А когда дочитала, бессильно опустила руки на колени.
