Аарон быстрым движением крутанул меня и снова прижал к себе, отчего сердце застучало быстрее положенного.
Тягучая музыка идеально подходила для того, чтобы неспешно покачиваться ей в такт, забыв обо всем, кроме плавного ритма. Чтобы раствориться в нежности, которую дарят чужие объятия. Но чем больше мы танцевали, тем тревожнее становилось на душе. Аарон был слишком… массивным, твердым и горячим на ощупь.
Видимо, поэтому я и споткнулась. Не успела опомниться, как ноги сбились с ритма, запутались и, наверное, уронили бы меня на пол, если бы не мужчина, крепко обхвативший меня сильными руками.
– Спасибо, – пробормотала я, сгорая от стыда. – Прости.
Господи. Еще никогда мне не приходилось столько краснеть. Я себя не узнавала.
Аарон обнял меня и прижал.
– Просто на всякий случай, – пояснил он.
Каждое нервное окончание искрило, словно оголенный провод. Кожу кололо, сердце бешено стучало, мысли разбегались в разные стороны.
– Ой! Ладно, – сдавленно булькнула я. – Спасибо.
Лицо запылало еще сильнее.
Аарон хмыкнул, и в этот самый момент большой палец легонько коснулся моей спины, обрисовав один-единственный крохотный круг и оставив за собой след из мурашек.
Те мигом разбежались по всему телу.
Как я ни уверяла себя, что это просто физиологическая реакция на близость мужчины, все-таки речь шла про Аарона. Моего давнего врага. Либо я слишком долго была одна, либо успела спятить. Потому что… мне понравилось. Очень-очень.
Чересчур.
Синий взгляд прошелся по моим губам. Мимолетом, возможно, мне почудилось.
Впрочем, неважно. Аарон опустил голову, оказавшись совсем близко, как никогда в жизни, и я мигом обо всем забыла. Зато увидела детали, которые не замечала прежде. Например, какие полные у него губы, обычно поджатые в тонкую линию. Или длинные темные ресницы, красиво обрамлявшие синеву глаз. И едва видимые линии на лбу прямо над тем местом, где залегла вечно хмурая, почти неподвижная складка.
Я так на него засмотрелась, что чуть не споткнулась снова. Аарон удержал меня за талию.
Он склонил голову набок.
– Разве ты не должна быть в этом деле мастером, а, Каталина? – спросил он в одном сантиметре от моего уха.
От мужского дыхания защекотало волоски на виске."
"Стараясь не замечать, как близко его губы, я принялась считать шаги и рассеянно ответила:
– В смысле?
Аарон ловко и плавно кружил нас под мягкую мелодию.
– Я думал, ритм должен быть у тебя в крови, – тихо пояснил он, не спеша поднимать голову. – Ведь вы, испанцы, живете музыкой.
