Уж кому, как не мне, знать? Я убедилась на собственной шкуре.
Я тряхнула головой, прогоняя воспоминания.
– Аарон, разве это что-то изменило бы? Если бы я попросила о помощи? – задала вопрос я так, будто в тот день все зависело исключительно от его реакции, хотя на деле он ничего не решал. Я смотрела на него, а сердце бешено колотилось в груди. – Или ты вмешался бы, если бы я сказала, что устала просить о помощи?
Аарон молча смотрел на меня в ответ.
Щеки вспыхнули под пристальным взглядом. Я уже жалела, что открыла рот.
– Ладно, забудь. – Я отвела глаза. Не надо заставлять Аарона оправдываться за всех, кто когда-либо меня обидел. Он ничего мне не сделал. Ровным счетом ни-чего. – Эту работу так и так свалили бы на меня. Неважно, как и почему.
Причем не в последний раз.
Аарон выпрямился и чуть заметно, на волосок, подался в мою сторону. Он набрал в грудь воздуха, и я затаила дыхание. Сейчас он скажет все, что у него на уме.
– Каталина, тебе не нужен защитник, который станет отстаивать твои интересы.
За это я тебя и уважаю.
От его слов в груди защемило. Внутри усиливалось давление. Стало ужасно неуютно.
Аарон никогда такого не говорил. Ни мне, ни кому-либо еще.
Я открыла рот: хотела сказать, что все это неважно и мне без разницы, но Аарон вскинул руку.
– С другой стороны, я никогда не думал, что ты из тех, кто пасует перед трудностями и работает спустя рукава. Даже если тебе поручили дело, которым ты заниматься не обязана. – Аарон отвернулся к ноутбуку. – Так что скажешь?
Я стиснула зубы.
Я не боюсь работы. Справилась бы и сама. Просто… господи, как я устала. Это нелегко – сидеть ночами за ноутбуком, не зная, ради чего.
– Я не…
– Итак, Каталина? – Пальцы проворно забегали по клавиатуре ноутбука. – Мы работаем или будем ныть?
– Я не ною! – фыркнула я.
Придурок с замашками Кларка Кента.
– Значит, работаем, – подытожил Аарон.
Я внимательно посмотрела на него, отметив, как он раздраженно стискивает зубы. Видимо, и сам Аарон был не в восторге от своей затеи.
– Никаких «мы», – вздохнула я.
Он покачал головой, и на мгновение мне почудилась тень улыбки.
– Господи. – Он демонстративно поднял глаза, словно моля небеса о терпении. – Давай ты молча примешь помощь, вот и все? – Аарон глянул на часы и вздохнул. – Я не собираюсь целый вечер тебя уговаривать. – Он нахмурился, мигом становясь прежним. – Мы и без того потеряли уйму времени.
С таким Аароном было уютнее. Он не говорил дурацкими намеками и не рассуждал об уважении.
