Наверное, было бы сложно играть против команды полуголых парней, но они почти все были моими родственниками, а из оставшихся одного (то есть Даниэля) я не раз видела голышом, а второй вот-вот женится на моей сестре. Поэтому отвлекающих факторов оставалось не так уж много.
Точнее, всего один. Зато какой!
В обычной, в реальной жизни мне удалось бы его игнорировать, однако сейчас мы отыгрывали роли, и мне как «девушке» полагалось на него пялиться, а Аарону, как моему «жениху», позволялось выглядеть атлетом с обложки спортивного журнала.
Так он и выглядел, когда весь потный и полуголый бегал по полю.
Поэтому мои глупые бесстыжие глаза от него не отлипали. Взгляд метался вслед за ним светлячком, неудержимо летящим к свету – как и любой светлячок, начисто позабыв про инстинкт сохранения. Наверное, к концу дня его образ выгорит у меня на сетчатке, оставшись до скончания веков.
Было такое чувство, словно я, как тот светлячок, тоже сгораю заживо. Пот струился по спине, кожа пылала от целого дня под солнцем.
Желудок истошно выл, требуя пищи; и как я ни старалась сосредоточиться на игре, внимание вечно переключалось на длинные ноги Аарона, бегающего по полю. Я любовалась тем, как при движениях играют мышцы у него на торсе, как стекают капельки по груди, как блестят литые мускулы. Кровь вскипала и бурлила всякий раз, стоило нашим взглядам пересечься.
Так что да, была я липкой, взбудораженной и разгоряченной. В произвольном порядке.
Все же каким-то чудом наша команда забила столько же мячей, сколько и парни.
Бред, конечно. Даже не знаю, как нас угораздило. Я была слишком занята тем, что пялилась на своего потного шикарного «жениха».
Гонсало орал на все поле, слышала даже я:
– Vamos![71] Им нас не обыграть!
Каждое слово сопровождалось агрессивным хлопком в ладони.
– Пять минут! Ребята, у нас пять минут! Порвем их!
Мужчины на своей половине перегруппировались. Я заметила, как Даниэль подошел к Гонсало с Аароном и принялся жестикулировать, указывая на наши ворота.
– Madre mía, – сказала Изабель, бывшая у нас за вратаря.
– Кажется, они меняют стратегию. Плохой знак, hermanita.
Увидев, как парни перестраиваются, я мысленно согласилась с сестрой.
– Иза, нам конец. Они ставят Аарона в нападающие. Он будет форвардом.
– Mierda. Кларк Кент порвет нас в клочья. – Сестра подошла ко мне и, прищурившись, оценила расстановку противников. – Ну-ка быстро! Снимай футболку. Надо их отвлечь.
Я фыркнула:
– Чего? Ни за что!
– Лина…
– Я не стану раздеваться.
